Готовимся к новой премьере и разочарованию.

В декабре 2021 года выйдет четвёртая часть «Матрицы» от уже не братьев Вачовски. Времени ещё полно, но мир уже успел сойти с ума. Кто-то обсуждает, что Киану Ривз в трейлере похож на Джона Уика больше, чем на Нео, кто-то смотрит вариации 180 000 тизеров на специальном сайте, а кто-то просто вспоминает, где и кем он был, когда вышла первая часть. Сегодня мы представляем именно последнюю категорию.

Дело в том, что «Матрица» вышла далеко за пределы просто фильма или даже просто культа. Для поколения нулевых она была одним из самых важных фильмов в истории, если не самым важным. Её разбирали, пересматривали и пародировали столько раз, что движения Нео и выбор таблетки давно отделились от фильма и стали чем-то отдельным. «Матрица» 1999 года совершенно точно изменила мир. Но в какую сторону?

Первые несколько лет после выхода «Матрицы» – полное безумие

Возможно, вы даже забыли, насколько сильно по фильму Вачовски сходили с ума в начале нулевых. Для сравнения: вышедший в том же 1999 году «Бойцовский клуб», который сейчас стал любимым фильмом всех инфантилов и псевдоинтеллектуалов, провалился в прокате и обрёл популярность гораздо позже. Тайлер Дёрден был никому не нужен в мире, в котором есть Нео, собирающий суммарно 450 000 000 долларов в мировом прокате.

С самого старта это был хит, поразивший людей масштабом, визуалом, нестандартным сюжетом и собранными в одном месте жанровыми приёмами. Для кого-то «Матрица» стала самым крутым фильмом из-за зрелищных драк, а кто-то в то время как раз разучивал треки «Гражданской Обороны» и вдруг попал на фильм, где точно победил пластмассовый мир. Попадание по всем фронтам – в детей, взрослых, бунтарей, офисный планктон, Нео и Агент Смит прошлись по каждому.

Помню нескольких людей, которые пересматривали прокатную кассету с «Матрицей» так часто, что знали все диалоги наизусть. Те же ребята пытались нелепо повторять движения уворачивающегося от пуль Киану, и давали на выбор две таблетки – к счастью, «Рондо» и «Тик-так».

А уж наклейки из жвачек с кадрами из «Матрицы» точно собирали все. Они ценились выше, чем устаревшие «Мортал Комбат» и «Черепашки-ниндзя». Те же, кому не нравилось коллекционировать и обмениваться, гордо обклеивали «Матрицей» стены лифта в родном подъезде.

Ах, да. Ну и тёмные очки с чёрными кожаными плащами – тоже достижение «Матрицы».

Главное ощущение от «Матрицы» заключалось в том, что она смотрелась и воспринималась как свежий фильм, даже когда с момента премьеры прошло три-четыре года. И этот статус не испортили даже более слабые сиквел и триквел. Школьники и студенты – всё-таки не кинокритики, поэтому любая «Матрица» считалась хорошей, ведь первая была настолько великой.


Помогало фильму и то, насколько вовремя он вышел. Киберпанк с модными очками, кунг-фу и борьбой с системой был шикарным завершением бунтарских 90-х с их «Братом», «На игле» и «Криминальным чтивом». «Матрица» давала ощущение, что началось нечто новое. И, как вы узнаете ниже, имела на то полное право.

Блокбастер запустил философский диалог – редкость для того времени

Сейчас, через двадцать с лишним лет, считается совершенно нормальным не только искать смыслы в высокобюджетных боевиках, но и требовать их. Но в девяностых всё-таки доминировали немного другие фильмы, несмотря на приятные исключения вроде «Терминатора-2». Философия «Матрицы» не только поразила неокрепшие умы школьцов мыслью «А вдруг всё ненастоящее?», но и запустила масштабный диалог о сути сказанного фильмом Вачовски.

Философ Жан Бодрийяр, на чьих идеях отчасти основан лор фильма, критиковал «Матрицу» за то, что в нём слабо раскрыт конфликт между реальностью и симуляцией. А братья Вачовски, соответственно, неправильно поняли его труд «Симулякр и симуляция». Понимаете, живой классик постмодернизма записывал рецензию, пока «Матрицу» обсуждали не только быдлачки, но и снобы-интеллектуалы.

Конечно, такое происходило не совсем впервые. Тот же «Чужой» Ридли Скотта тоже активно обсуждался не только фанатами sci-fi ужасов. Но «Матрица» заставляла высказываться, как никогда до этого. Даже если высказывание в итоге оказывалось чушью. А пик обсуждения мнимой сложности кино обывателями был ещё далеко – Кристофер Нолан снял «Начало» только в 2010 году.

«Матрица» задала новый стандарт визуальных эффектов

В частности, тот самый bullet time, который потом стал чем-то вроде фирменной фишечки боевиков из нулевых. До этого он уже использовался в том же «Блэйде», но я что-то не припомню, чтобы сцену из «Блэйда» пытались воссоздавать в школьных коридорах и пародировали в КВН. До «Матрицы» этот приём точно не был настолько массовым.

С остальными достижениями ситуация похожая. Каждый элемент мы где-то уже видели в отдельности – киберпанк в «Джонни Мнемонике», крутые эффекты и непобедимых роботов в «Терминаторе-2», крутые кожаные костюмы в «Блэйде», а кунг-фу в гонконгских боевиках и фильмах Джона Ву. Но никто ещё не собирал это воедино и не делал так круто, как это показано в «Матрице». В год выхода фильм смотрелся как итоговая выставка достижений в спецэффектах и боевой хореографии. И всё бесшовно и невероятно стильно.

Приёмы, ставшие культовыми в «Матрице», в нулевых ещё многократно появлялись в других фильмах. Например, в тарантиновском «Убить Билла» или «Сорвиголове» с Беном Аффлеком. Мы просто должны были коллективно принять, что теперь по-настоящему ядерный экшн выглядит вот так, как нам показали. И это не единственное новшество.

До «Матрицы» боевики работали по-другому

Во-первых, Нео. Он – нетипичный супергерой. Все вспоминают его невероятные пируэты, но мало кто помнит, что мистер Андерсон вообще-то был офисным задротом, в свободное время занимавшимся хакерством. Опять же, сейчас, в 2021 году такой герой – абсолютно нормальная ситуация. Но в 1999-м публика знала совсем другие типажи.

Обычно плохих парней раскидывали непробиваемые качки – Арнольд Шварценеггер, Сильвестр Сталлоне, Жан-Клод Ван Дамм, в самом худшем случае Майкл Дудикофф. Архетип главного героя боевиков был именно таким, мускулистым и исключительно силовым. Исключения всегда были, но мы говорим о массовом кино.

И боролись эти качбаны традиционно со злом, которое точно никогда не победит. Например, франшиза «Терминатор» тоже рассказывает о спасителе и печальном будущем человечества. Но там апокалипсис каждый раз удавалось отбросить подальше, а «Матрица» начинается с того, что человечество проиграло, а немногие выжившие пытаются совершить невозможное.

Депрессивненько для главного хита сезона, не так ли? А ведь проблема с обязательным подразумеваемым хэппи-эндом есть даже сегодня у Marvel – главных поставщиков дорогих блокбастеров на рынке. Полная безнадёга обычно встречалась в малобюджетной, но концептуальной фантастике. «Матрица» сделала её мейнстримом.

И не только это. «Матрица» стала, по сути, первым примером заранее выстроенной трилогии высокобюджетных фильмов. Все три «Матрицы» идеально связаны между собой, пусть второй и третий фильм не вызвали такого же вау-эффекта.

Для сравнения возьмём тех же «Терминаторов», где такой роскоши точно не было. Каждый следующий фильм в чём-то перечёркивал сюжетные достижения предыдущего, а производство сиквелов в Голливуде работало по коммерческому принципу «если стреляет первый фильм, придумываем следующий». Продуманных заранее вселенных, как сейчас с фазами Marvel, не делал никто.

Тренд, конечно, явно напрашивался, потому что почти параллельно выходили «Властелины колец» – другая масштабная трилогия с заранее готовыми связями. Но первой всё-таки была «Матрица» – и у Вачовски, в отличие от Джексона, не было железобетонной литературной основы.

Независимым режиссёрам начали доверять бюджеты

К слову, о ситуации с боевиками в девяностых. Как правило, их доверяли снимать проверенным режиссёрам, которых знает зритель. Кем были Вачовски до «Матрицы»? Хочется пошутить, что братьями, но мы сейчас о другом – они были дуэтом ноунеймов, которые получили пару незначительных премий за неонуарный фильм «Связь» 1996 года. Который, конечно, никто не смотрел.

Тут же им доверили гигантский по тем временам бюджет в 63 000 000 долларов, и это полностью окупилось. Важнейший момент для истории кинорынка, показавший, что можешь быть никем, но стать всем буквально за один фильм.

Из подобных примеров до этого можно вспомнить разве что Пола Верховена – самого кровавого режиссёра Голливуда, снявшего «Робокопа», «Вспомнить всё» и «Звёздный десант». Но голландец в США приезжал хотя бы на правах европейского мастера с собственным видением, а Вачовски получили спотлайт, появившись практически ниоткуда.

Практика «а давайте найдём талантливого чувака и дадим бюджет побольше» успешно применяется и сейчас. Посмотрите хотя бы на Дени Вильнёва, который из автора кино с небольшим бюджетом стал по сути главным  современным режиссёром фантастических блокбастеров. Да и вся киновселенная Marvel тоже строится на этом принципе: Джеймс Ганн, Тайка Вайтити, Райан Куглер – выбирайте того, кто больше нравится. А если хочется пример поближе к «Матрице», то пожалуйста. Сэм Рейми снимал независимое кино, а потом ему доверили «Человека-паука».

Случай Вачовски уникален ещё и тем, что они точно не были просто способом сэкономить студийное бабло на недорогих режиссёрах. Братья долго воевали со студией, чтобы им дали творческую свободу, на каких-то этапах даже ставили ультиматумы. И победили. Всех.

У нового фильма нет никаких шансов повторить успех

Грустно признавать, но это действительно так. «Матрица 4» будет очередной «Матрицей», причём той, которую никто не ждал и не просил, потому что история закончилась в 2003 году. Как бы ни старались Вачовски, Киану Ривз и все остальные, их новый тайтл никогда не станет «Матрицей» с самой большой буквы М из возможных.

Оригинал невозможно повторить хотя бы потому, что он был беспрецедентно революционным и буквально изменил всё – от моды до подхода студий к производству блокбастеров. Чтобы просто подсчитать все прорывные вещи, нужно писать про «Матрицу» целую книгу. И знаете что? Она не будет первой.

Старая «Матрица» идеально похоронила девяностые с их старыми архетипами, напоследок дав жаркий концерт из всех технических достижений и спецэффектов, которые мы только видели в топовых фильмах двух предыдущих десятилетий. И сыграла на страхах перед миллениумом – ожидании конца света в 2000 году, боязни технологий и восхождении IT-сферы. А Морфеус, предлагающий выбрать таблетку, стал одним из первых общепризнанных мемов. «Матрица» не только подвела итоги, но и показала, о чём будут говорить и снимать в нулевых.

Такие фильмы появляются слишком редко, чтобы их можно было повторить или свести к какой-то формуле. И пока фанаты молятся, чтобы новая часть оказалась хотя бы не полным позором, нужно искать в ней лучшее. Благодаря «Матрице 4» мы можем коллективно вспомнить, насколько великой была первая часть.

Подписывайся на канал «Палача» в Telegram

Подписывайся на лучшие скидки и экономь вместе с нами

Комментарии