От лидеров Melon Music до казахского ЛСП.

Пока Оксимирон строит личную жизнь, а Дима Бамберг готовится к бою с Ромой Жиганом, территорию русского рэпа захватывают суперзлодеи из новой школы. Они казнили романтическую лирику строчкой «У тебя большая …., я влюблен» (привет хип-хаперу Платина), избавились от вдумчивого сторителлинга и предпочли веселый фристайл сложным рифмам. 

Их – десятки, если не сотни. Но «Палач» выбрал шесть важнейших представителей этой армии клонов. 

OG Buda

Главная звезда объединения Melon Music и автор гениальных строк «Меня любят бабки, но я без морщин» и «Отправил малого на стрелку, самому ехать в падлу». Звучит как бредовый бэдбарс, но оценивать творчество Буды с точки зрения здравого смысла – провальный подход. В подавляющем большинстве случаев он выдает либо ироничный трэпчик, либо новомодный детройт-рэп с каламбурами вместо панчлайнов и фристайлом вместо заготовок. Восхваление себя любимого а-ля «Летаю высоко, да я как пилот» прилагается.

Пожалуй, лучше всего стилек Гриши Ляхова характеризует хитовый «Диибо». Здесь – и нагромождения из англицизмов, и хаотичные сравнения, и денежно-бандитская тематика. Если вас тошнит от нынешнего состояния русского рэпа, все вопросы к Буде: он если не директор новой школы, то как минимум местный божок.

Mayot

Второй из Melon Music и мини-версия OG Buda. Если прислушаться, их даже можно отличить. Но Mayot является более разноплановым артистом: то пилит мелодичный трэп и молится на автотюн, то выдает хвастливые панчи-сравнения в лучших традициях своего старшего товарища («Я как будто парк, ведь у меня есть много зелени»).


Тематика та же: 22-летний Артем Никитин сражается с беспомощными оппами, «выдыхает тучи в своей комнате» и рассказывает о романтических приключениях молодого гангстера. Все это (за редким исключением) умещается в полутораминутные треки. Ими заполнен последний громкий релиз Майотика – «Заправка Кид 2». 

Soda Luv

Еще один повод для грусти, но Оксимирон начала 2020-х выглядит именно так. Сам Soda признает, что вырос на Яновиче и не может жить без панчлайнов. Но ждать от 24-летнего Славы Терентюка заумных схем в духе раннего Окси точно не стоит. Его хлеб – неймдроппинг, простенькая игра слов (триоли – три Оли) и сомнительный панч в конце каждой строки.

Оттого еще милее звучат редкие, но яркие аллюзии Соды Лава к рэперкам из прошлого. На стебном дейтройт-альбоме «Коть! Коть!» есть упоминания Шокка и Чупака, на фите с Моргенштерном – отсылка к Децлу.


В прошлом десятилетии такую же кашу из абсурдно-агрессивных строчек готовили Илюха Fogg и Сидоджи с Рамиресом. Первый окончательно забыт, вторые еще держатся на плаву. Правда, отдельно друг от друга.   

Blago White

Русский американец – самый оригинальный из новой школы. Благо забивает на падежи и склонения, сохраняет вайб позитивного растамана (эдлиб «Кайф» – уже фирменная фишка) и называет зажигалку жажигалкой, а карантин карантиной. А еще, в свободное от добродушного трэпа время, управляет Вольгинским заводом литьевых пластмасс.

Из всех современных фрэшменов именно Blago White – ближе всех к созданию собственной рэп-вселенной: с благолицей вместо кириллицы и пингвинами на обложках релизов (потому что они кайфарики). Если представить, что Скриптонит подобрел, избавился от казахского акцента и сменил жанр, получится Благо. Его рэп – столь же невнятно атмосферный.

LOVV66

Можно подумать, что перед нами – второе пришествие Lil Peep’а, барабанщик из рандомной панк-группы восьмидесятых или кошмарный сон для матери любого подростка (вдруг сыночек вырастет и станет таким же). LOVV66 вобрал в себя все стереотипные детали русского трэп-артиста: грилзы на зубах, татуировку под глазом, пирсинг в носу и черный маникюр.

Удивительно, но рок-н-ролльный имидж (где есть все, но в преувеличенных масштабах) не только отличает Ивана Шабанова от других фрэшменов, но и дает ему карт-бланш на свинство. Сложно представить, что дуэт Буды и Майота когда-нибудь родит нечто похожее на «50к в сумке у папы». Этот демонический трэп с хоррор-клипом и маньячными строчками – визитная карточка Ловва.

The Limba

У нас уже есть новый Оксимирон, поэтому назовем The Limba казахстанской версией ЛСП или Томаса Мраза. Чаще всего в зоне его ответственности оказываются мелодичные припевы: то для Тимати с Джиганом, то для Скриптонита или Гон Фладда. Главный попсовик этой подборки выстрелил с помощью тиктока и хитового трека X.O, а теперь фитует с крупнейшими игроками российской рэп-индустрии.

Но Лимбе, в отличие от того же ЛСП, отчаянно не хватает самобытности. Век подобных поп-звезд еще короче, чем у трэп-артистов: пока очередной сладкоголосый паренек не выпустит свой суперхит и не займет нагретое место припевщика.

Подписывайся на канал «Палача» в Telegram

Подписывайся на лучшие скидки и экономь вместе с нами

Комментарии