Жирнейшее интервью на «Палаче».

Кирилл Сиэтлов – один из важнейших людей для российского стендапа, но о нём неприлично мало знают за пределами комедийной тусовки. Он выпустил первый независимый сольник на русском языке, организовал несколько фестивалей и открыл кучу комиков, ставших звёздами. Возможно, вы знаете его по каналу «Царьвидео», ивентам Stand-Up Store Moscow или целому ряду телешоу, а, возможно, для вас Кирилл – тот самый комик с повязкой на глазу. У него слишком много занятий. Наш диалог – попытка собрать всё в одном месте.

О травмах, повязке и агрессивной публике

Кирилл, мы несколько раз переносили интервью, потому что ты сорвал голос. Ты уже можешь говорить, но ещё не выступаешь, правильно?

Нет, выступаю. У меня вчера была съёмка «Чужих шпаргалок». И в целом работа не прерывалась. Голос я сорвал на неделе, когда через пару дней было два мероприятия, и я их провёл. Разница в том, что в это время у меня не было никаких подкастов, вечерних шоу и длинных съёмок. Просто вести мероприятие я мог.

То есть, это никак не подорвало твоё расписание?

Нет. Вообще никак. У меня был более яркий эпизод, когда я выпадал. Он был связан с травмой глаза. Сам понимаешь, госпитализация тебя выключает откуда угодно. Но даже это сильно не помешало. Мы довольно быстро разобрались с тёмными очками, поэтому я начал выступать сразу, как вышел из больницы.

Сейчас на мне, как на организаторе, больше сказываются не мои болячки, а чужие. В прошлом году, когда начался коронавирус, резко выросла толерантность людей к тому, что кто-то заболел. Потому что до этого в России была следующая история: «Ну, я же не говно. Я заболел, но буду работать дальше». И можно было видеть комиков с кашлем, соплями. Но это скорее воспринималось как подвиг.

Я бы вообще не касался темы болячек, если бы со стороны не казалось, что ты самый травматичный комик в индустрии.

Так себе репутация, конечно.

Сначала тебе ломали челюсть на сцене, а потом случилась травма глаза.

Да, но это не тот тег, который хочется писать на афише. Как, знаешь, пишут: «Участник проекта «Стендап Андеграунд», «Вечернего Урганта» и ютуб-шоу «Чужие шпаргалки». Ты не напишешь: «Ломал челюсть, получал травму глаза и на неделю сорвал голос». К сожалению, это не увеличивает число зрителей.

Да, но разве за то время, что ты ходишь с повязкой, она уже не приросла к образу? Я лично слышал, как люди переспрашивали: «Сиэтлов? Это который с повязкой?»

Наверное, это просто запоминающаяся картинка. Зато благодаря истории с повязкой я почувствовал частичку опыта людей с какими-то яркими особенностями. Есть комик Андрей Цеховский. У него заболевание, влияющее на дикцию. Он говорил, что ему приходится выходить на сцену и говорить, что он не поддатый. Всегда. Каждый раз.

И я вроде понимал это, но не сочувствовал полностью. Теперь я это понимаю изнутри. Если ты выходишь на сцену с повязкой, это нужно комментировать. Потому что, если ты ничего не говоришь, у зрителя остаются вопросы.

Ещё это хорошее упражнение на принятие себя. Когда я начинал так вести, я очень переживал, что люди будут обращать на это внимание. И я сначала думал, что говорить об этом нужно обязательно, а то меня не примут и не смогут воспринимать. Но сейчас я уже начал забывать шутить про повязку. И зрителям тоже нормально.

Ты ведь часто используешь это для комического эффекта. На прожарке Labelcom ты весь раунд шутил, что твой оппонент – пират, хотя в повязке стоишь ты.

Фактически я каждый раз выхожу на сцену с реквизитом, и это даёт какое-то пространство для шуток. Но оно невероятно узкое. Надеюсь, это скоро закончится. Это забавный опыт, но я от него начинаю уставать. У меня уже слишком много материала про глаз.

Правда, что настолько тяжело найти повязку для глаза?

Да, это так тупо. Ну что может быть проще, чем найти повязку? Но их просто нет. Мы это выяснили, когда я вышел из больницы после травмы глаза. У меня были съёмки шоу «Пришли и посмеялись» для Paramount Comedy. Часть выпусков я сидел в очках, а другую часть – в самой приличной карнавальной повязкой, которую нашли. Но её неприятно носить.

А та, что я ношу сейчас, появилась вот как. Моя жена нашла художника, который делает кожаный реквизит. Он делает сбруи, браслеты, маски. Всё из кожи. И он по приколу, для какого-то праздника, сделал повязку Кутузова или адмирала Нельсона, тоже для карнавальных целей. Но когда он выложил её на сайт, ему стали писать люди, которым нужна повязка по медицинским показаниям. И он продолжил их делать. Оказалось, что просто некому их сделать.

Давай заодно про давнюю историю с челюстью. Это же необычный опыт  взаимодействия с залом. Как комику справляться с агрессивной публикой?

Моя история уникальна тем, что она стала для всех предостережением. Владельцы заведений стали иметь в виду, что нужно держать охрану, а комики начали стараться не выводить людей на сцену.

Дело в том, что у меня никогда не было уверенности и смелости, чтобы агрессивно наезжать на людей в зале. Я дрался-то в жизни один раз. И тому чуваку я ответил, потому что он откровенно меня перебивал. Когда он начал подниматься на сцену, я был уверен в том, что он хочет взять микрофон и что-то сказать. Мой план был в том, чтобы отдать ему микрофон и позволить спокойно опозориться.

А он сразу ударил, и ты довёл дело до суда?

Да. С тех пор у меня только один раз был такой вайб, когда я орал на зрителей. На выступлении был столик каких-то дяденек с кальяном, которые вели себя как свиньи. Они и другим комикам кричали: «А давай это! А давай то! Давай мы денег дадим!» Буквально срывали мероприятие. И я был в таком настроении, что я на них наорал в духе: «Заткнитесь! Даже если вы что-то делаете, я уничтожу вас в суде!»

Настолько сорвался?

Только один раз так было. Но вообще конфликты со зрителем не в моём характере. Я всегда люблю всё сглаживать. Вся моя комедия – это комедия неловкости. Когда неловко, я как рыба в воде. Зато, благодаря той истории, у меня появилась уверенность, что если ситуация выйдет за рамки, я разберусь. Я умею ходить в суды, умею искать адвокатов.

О «Божественной комедии», душном КВН и зачатках стендапа в «Камеди»

Поговорим о «Божественной комедии Кирилла Сиэтлова». Ты выпустил её семь лет назад. За это время в стендапе изменилось вообще всё. Чувствуешь себя ветераном?

Сложно сказать. Просто я не держу в голове всё, что сделал. Какой смысл относиться к себе как-то по-особенному? Бывает, что мне кто-то рассказывает шутку, я смеюсь и спрашиваю: «Чья это шутка?». А мне говорят: «Твоя». То есть, я даже шутки свои не помню. Наверное, поэтому их нужно снимать и куда-то выкладывать.

Если я просто буду перечислять, что я сделал, в комментариях напишут, какой я мудак. Это вайб Давидыча! Приседаю шесть миллионов раз. Я действительно занимаюсь стендапом десять лет и за это время много чего попробовал. Но не вижу смысла вешать на себя какие-то ярлыки. Сделал и сделал.

Но откуда взялось желание делать стендап там, где ещё нет такого понятия?

Не знаю. Наверное, я просто всегда вписывался в новые штуки. У меня же есть и академический бэкграунд на факультете нанотехнологий. И там я тоже занимался новыми областями, которые только появлялись. Писал дипломы по биофизике и каким-то конвергентным областям, где ещё особо не было работ. Видимо, я всю жизнь тянусь к таким вещам.

То есть, когда ты начинал, у тебя была учёба и какая-то академическая карьера впереди, но уже начинался стендап?

Стендапа ещё не было. Я начинал с КВН, мне нравилось шутить шутки. Тогда я ещё не отдавал себе отчёт, что я комик. Просто так органически получилось, что от нашей команды сначала осталось четыре человека, а потом два. И мы читали монологи.

Когда я уже анализировал постфактум, было очевидно, что это протостендап. Хотя я тогда про него ничего не знал. Была, например, ситуация, когда нас за это отчитывали. По регламенту конкурс «Приветствие» должен длится три минуты, а у нас оно длилось десять, потому что я начал импровизировать с залом.

Как это возможно в рамках КВН?

Я читал монолог капитана, люди в зале смеялись. И я на кураже начал с ними взаимодействовать, придумывать шутки на ходу. И это явно было не про КВН.

Как-то слишком кинематографично звучит, что ты делаешь стендап в КВН и вдруг понимаешь, что это совершенно новый жанр.

Это абсолютно неправдоподобно звучит, в том-то и дело! Если бы ты увидел в фильме, что человек пошёл в КВН и начал себя так вести, то сказал бы: «Да это ##### полная!» Все квнщики понимают, что так нельзя. Для них это полное безумие. Спроси у современных квнщиков: «Можно ли в приветствии начать импровизировать монолог с залом?» Никто так не делает. И я не знаю, почему начал так делать.

Например, у нас была разминка. И это было совершенно невыносимо. Члены жюри задавали абсолютно ужасные вопросы. Понимаешь, вопрос в разминке – это заход, на который ты должен придумать шутку.

Сетап.

Да, это сетап, а не любая, #####, фраза! Команды совещаются и выдают панчлайн, соревнуясь, чей панчлайн лучше. Так это было задумано. А там члены жюри, которые все какие-то телевизионные квнщики, задают говняные вопросы.

Чувак из жюри говорит: «Ой, ребята. Хотел бы я новый айпэдик!» Вот такой сетап! Господи, ну ты же комик! И это всё, что ты придумал? И представь, команда может ответить три раза. Пять команд. Двенадцать подряд попыток дошутить эту #####! А тут даже нет никакого захода на шутку.

Я выхожу к микрофону и говорю: «Кто-нибудь, пожалуйста, дайте ему уже айпэд, а то он не успокоится!» Это было сказано очень искренне и очень на эмоциях. И все поняли, что это переводится как: «Пошёл ##### с таким заходом», только какими-то округлыми словами.

И как на это отреагировали?

Слушай, ну вот сейчас мы понимаем, что в рамках стендапа это нормальное взаимодействие с залом. Но в рамках КВНа само моё настроение было настолько непозволительно, что девочка из нашей команды в ужасе сказала «Так нельзя!» и убежала за кулисы.

После игры нам устроили административное собрание и поставили за конкурс один балл. На языке КВНа это значит, что нас просто уничтожили. Говорили: «Ребята! Так нельзя. КВН – это добрая игра!» Им так важно, чтобы тёк елей из ушей. Но это была лига, победитель которой никуда не попадает. Она находится внизу пирамиды лиг КВН. И даже на этом уровне всё вот так.

А как это перетекло в стендап?

Просто на уровне идеи захотелось что-то такое делать. Я даже не знаю, откуда это слово пришло. Тогда все думали, что «Камеди Клаб» – это стендап, но на Западе нет миниатюр. Или есть, но мы не знаем.

Самое смешное, что я потом общался с Гариком Мартиросяном, и он сказал мне, что никогда не был в стендап-клубе. Может, его коллеги из «Новых армян» что-то оттуда брали, но первый стендап-клуб, где он был – Stand-Up Store Moscow. Получилось, что я идею стендапа взял у Гарика Мартиросяна, который был не в теме.

Сейчас растёт целое поколение комиков, которые не играли в КВН. У них есть преимущество?

Я встречал таких комиков. Мне даже кажется, что я вхожу в это поколение, но успел немного поиграть. Просто есть люди, которые застряли в КВН. Они когда-то начали играть и не могут остановиться, считая, что это, цитируя Путина, великая игра и уникальный национальный продукт.

А есть те, кто начал в стендапе и тоже себя им ограничивает. В пуризме нет ничего хорошего, что бы ты ни выбрал: стендап или КВН. Комедия разнообразна, и ты проигрываешь, когда не пробуешь себя в других направлениях. Мне кажется, что опыт из КВН я мог бы получить в другом месте. Но я его получил там. Как минимум это опыт сцены.

Более того, у нас недавно была конференция в клабхаусе с разными комиками. И кто-то сказал, что КВН – #####. У него спросили: «А ты сам-то играл в КВН?» И человек говорит: «Нет. И видел только два ролика». Круто, что ты умеешь читать соцсети и понимать контекст, но, чтобы иметь какое-то мнение, ты должен быть с этим связан. Так что позиция «Не читал, но осуждаю» мне тоже не нравится.

Но разве это не доминирующая позиция?

Действительно, общее настроение молодых комиков: «КВН – #####». Но одновременно с этим у российского коммьюнити комиков есть отношение, что импров-комедия – это окей. А на Западе импров воспринимается точно так же негативно, как у нас КВН. Абсолютно те же претензии: команды, затянуто, несмешно и непонятно, зачем нужно. Зато наши молодые комики идут в «Импровизацию: Команды» и так далее. Я их не критикую, но сходство мне кажется очень забавным. И пока это никого не смущает.

Вернёмся к стендапу. Насколько было сложно на ранних стадиях объяснить людям, что это не «Камеди Клаб»?

Как-то у меня был концерт в Мурманске. Рядом был порт, а там всегда много вахтовиков. И вот мы с организатором стоим возле заведения, на котором висят афиши с моим лицом. К нам подходят два пьяных вахтовика, смотрят на афишу и говорят нам: «Ребята, не верьте – это на######! Это не настоящее «Камеди». Мы спрашиваем, почему они на так думают, на что они говорят: «Ну это не «Сёстры Зайцевы». Вот они – настоящее «Камеди».

Серьёзно?

Я был в полном шоке. Почему именно «Сёстры Зайцевы»? На афише просто моё лицо! Они решили, что приехал какой-то жулик, выдающий себя за «Сестёр Зайцевых». А потом мне сказали, что за год до этого было открытие какого-то ТЦ, где выступали «Сёстры Зайцевы». Видимо, это было настолько сильное впечатление, что некоторые жители Мурманска решили, что вся комедия в мире – это «Сёстры Зайцевы». Как же это прекрасно!

О смерти второго концерта, помощи Мезенцева и ютубе

После «Божественной комедии» у тебя должен был выйти второй концерт, но так и не вышел. Что с ним случилось?

О, там интересная история. У меня должен был родиться ребёнок и я написал концерт, который назывался «Первый прощальный концерт Кирилла Сиэтлова». С ним я проехал туром несколько городов. А по опыту «Божественной комедии» я помнил, что лучше всего концерт зашёл в Великом Новгороде. Не знаю, по какой причине.

Место было супернеудобное, я выступал практически на танцполе, а люди вокруг чуть ли не стояли. Но прошло всё очень весело. И тогда я решил, что буду, как комики с мировым именем, записываться не в столице, где все переели, а в провинции.

Договорился с ребятами из Великого Новгорода, обкатал материал и приехал записывать концерт. Там ради меня повесили какую-то красную бархатную штору. Я договорился с комиками на разогрев, привезли местных телеоператоров, чтобы снимать. Я даже купил себе чёрную водолазку и новые «конверсы», подстригся, ахах.

Афиша того концерта

Как будто ты заранее сделал идеальный сетап, чтобы всё пошло не так.

Самое смешное, что я концерт начал со слов: «Ребят, если ничего не получится, я просто перережу провод, который от Великого Новгорода ведёт в остальную страну. И там не узнают!». Так и получилось.

Мы записали концерт, я сел в поезд домой и сразу пишу своим организаторам, чтобы прислали видео на монтаж. Они говорят: «Да-да, сейчас пришлём». Не шлют. Так продолжается неделю. И я всё ещё ничего не подозреваю. Они не могут мне прислать, верно?

Проходит месяц и человек, с которым я переписываюсь, перестаёт мне отвечать. Но у меня рождается ребёнок, так что я переключаюсь на другие заботы. А с материалом я перестаю выступать, потому что концерт уже записан.

Сольник же для того и нужен, чтобы отпустить материал?

Как раз это и произошло, да, Я его отпустил. А через несколько месяцев, если не через год, мы снова списались с организаторами. И они мне рассказали невероятную историю о том, что в вечер после съёмки они весь материал слили на жёсткий диск заведения. А на следующий день из заведения со скандалом уволили их арт-директора, а он, чтобы отомстить, похитил все жёсткие диски. И растворился в ночи.

По их словам, они пытались как-то их получить, но ничего не вышло. До какого-то момента они надеялись мне их прислать, а потом поняли, что этого не произойдёт. И нашли идеальное дипломатическое решение – перестать отвечать. Всем советую. Это снимает все вопросы. Зато это забавно закольцевалось с тем, как я начал концерт.

Материал жалко было?

Ха, а я ж его не помню. Говорил же, что не запоминаю свои шутки. Отпустил и всё.

Сейчас ты занимаешься каналом «Царьвидео». Как родилась эта идея?

Понимаешь, когда я выпускал «Божественную комедию», это был шаг ради шага. Это было для себя. Изначально я планировал делать только аудио, потому что в тот момент слушал много стендапа именно аудиоальбомами. И я совершенно случайно попал на московское мероприятие, которое вёл Серёжа Мезенцев.

Мы встретились за кулисами, и я говорю: «Слушай, ты же звук пишешь. Можешь мне помочь записать концерт в аудио?» Он отвечает: «Нет, ты чего? Надо обязательно видеоверсию делать». Я говорю: «Мне сложно. У меня нет ни операторов, ни чего-то ещё такого». И он сказал, что поможет всё организовать. То есть, если бы не Серёжа, то не было бы видеоверсии «Божественной комедии».

Тогда я всё это снял и выложил, и это был важный личный пойнт. Потому что до меня концерты были у Паши Воли и у Незлоба. То есть, оба существующих на тот момент концерта были телевизионными. А мне хотелось показать, что можно самому снять, сделать хорошо и ещё выложить в аудио.

На тот момент я многое делал, как художественный акт. Когда я стал делать «Царьвидео», я уже наелся художественных актов. Очень круто делать то, что тебе нравится, но чуть-чуть грустно от того, что это никто не видит. Поэтому я захотел развивать свою площадку, где собраны зрители, которым нравится, что я делаю. «Царьвидео» именно об этом.

Основные форматы «Царьвидео» – «Чужие шпаргалки» и роаст-баттлы «Сковорода». Почему именно они?

Скажем так, я профессионально занимаюсь тем, что я создаю форматы. Этим же я занимался на телевидении. Так, например, родилось шоу «Чем всё закончилось» для Paramount Comedy. Также я придумываю форматы мероприятий. Это часто начинается с того, что я вижу какой-то формат – в мире или в России – и понимаю, как можно его улучшить.

Как-то я увидел «Сетлист» Пола Провензы и понял, что можно тоже такое делать. Потом это превратилось в «Чужие шпаргалки» – формат, более понятный для случайного зрителя. Так же произошло со «Сковородой». Были западные видео прожарочных батлов, но всем казалось, что у нас это не сработает.

Потом на фестивале «Панчлайн» ребята сделали некий роаст-баттл. Я туда пришёл и увидел, что отчасти это работает, но подсмотрел для себя и минусы. Они всё время путались в правилах, ведущий не знал, что делать. У них зачем-то ещё жюри сидело. Я посмотрел, проанализировал и на следующей неделе сделал роаст-баттл так, как я его вижу.

И так получилось, что эти два формата оказались самыми живучими. Мы делали их практически каждую неделю, по качеству они тоже стали классными. Тогда мы решили, что нужно это снимать и выкладывать, потому что они могут составить фундамент для «Царьвидео». Но те же «Сковороды» года полтора-два вообще принципиально не снимались. Я запрещал зрителям доставать телефоны.

А в чём принципиальность?

Тогда же ещё не было роаст-баттлов, поэтому комики страдали от самоцензуры. А если ничего не снимать, то пропадают и опасения. Я всем объяснял, что шутки могут быть про всякое, но мы не хотим ни перед кем извиняться. Только позже стало понятно, что это всё равно не работает.

С одной стороны отсутствие съёмки не привлекало зрителей на мероприятия, а с другой – комики уже были не против показывать. Переломным стал баттл между Лёшей Стаховичем и Митей Сорокиным, где происходило полное безумие. Откуда-то выбегали санитары, кто-то как будто бы писал на сцену. Было настолько безумно, что уже я телефон достал. А я, как ведущий, до этого всем объяснял, что нельзя. И буквально со следующего мероприятия мы начали их снимать.

У канала есть патреон. Много людей заносит?

Сорок пять патронов и 145 долларов в месяц.

Это же маловато.

Ну да. Даже не покрывает съёмку.

Что нужно сделать, чтобы «Царьвидео» стал большим каналом?

Мы не маленький канал. Если ты посмотришь каналы, где регулярно выходит стендап, то там больше десяти тысяч подписчиков, как правило, не бывает. Среди тех, кто не связан с лейблами и делает всё на свои деньги, мы, возможно, самый большой. Или один из больших. И мы растём.

Я общался с рекламщиками, и все мне сказали, что главная цифра для привлечения рекламных денег – сто тысяч. Сто тысяч просмотров в среднем, сто тысяч подписчиков на канале. Мы идём к этому числу и, я надеюсь, что, когда мы до них дойдём, станет легче разговаривать с рекламодателями.

О Чебаткове, Долгополове и главном разочаровании

Мы говорили о просмотрах. Ты ждёшь, что какая-то идея с «Царьвидео» выстрелит так же?

Посмотрим. У меня есть очень странное наблюдение. Как будто я начинаю делать какую-то штуку – она не заходит. Проходит три года, и она ###### как заходит. С «Вечерним Шоу Кирилла Сиэтлова» мы продержались полгода.

И через три года произошёл вал всяких вечерних шоу – Big Russian Boss, Дружко, даже у Хованского было какое-то шоу. И всё у них было хорошо. А ещё похожий момент был с шоу «Чем всё закончилось».

Да, оно похоже одновременно на «Коммент Аут» и «Что было дальше?»

Я тебе больше скажу: мне кажется, что его люди сохранили себе куда-то и периодически открывают, чтобы брать оттуда идеи. Когда я смотрю «Блиц-крик», возникает чувство, что у нас лицензию купили. Но нет.

Вот, и у меня такое постоянно происходит через три года с разными проектами. И я думаю: «#####, нужно продержаться три года с чем-то регулярным!» «Царьвидео» для меня уникален тем, что это самое большое количество серий одного продукта, которым я занимаюсь.

У тебя в «Вечернем Шоу» было одно из первых выступлений Долгополова. Он же ещё тогда в Воронеже жил, да?

Так и есть.

Ты считаешь себя одним из тех, кто открыл Сашу Долгополова?

Знаешь, мне кажется, я один из тех, кто упустил Сашу Долгополова. Я всегда открыт к работе с людьми с нулевым резюме. Просто на основе того, что они делают здесь и сейчас. И до меня дошла шутка: «Ага, этот человек был у Кирилла Сиэтлова. Значит, он будет через несколько лет суперуспешным».

Возможно, я просто вижу потенциал на раннем этапе. Но у меня, к сожалению, до сих пор не было базы, чтобы в неё включить таких людей. А чтобы делать лейбл, нужен какой-то бюджет. Нужно что-то платить людям, чтобы они эксклюзивно с тобой работали. У меня не было такой возможности. И это что-то, что висит у меня в вишлисте – возможность дать людям достойные условия.

Значит, ты не смог предоставить Саше условия, и он начал развиваться у других людей?

Да, я старался ему помочь, насколько возможно. Так получилось, что недавно я увидел начало нашей переписки. Саша мне написал и скинул видео своего первого выступления на студвесне. Мы с ним заобщались, приехали с женой Ирой в Воронеж. Было ощущение, что у них классный движ. Им хотелось помогать.

Потом я ребят позвал в Москву. Саша с Игорем Тарлецким приезжали, мы их поселили. Они ночевали у Иры дома на раскладном кресле. Потом у меня были съёмки, я их позвал в массовку. Ну и выступали они у нас. Конечно, не на уровне работодателя, но куда мог, я их пытался продвинуть.

В «Вечернем шоу» у тебя были соведущие. Сначала Женя Чебатков, потом Саша Долгополов. Почему они у Дудя, а ты у меня?

Ахах, пошёл ты.

А серьёзно, тебе не грустно, что у тебя не получилось стать звездой жанра? В тусовке Кирилла Сиэтлова знают все, но не знает зритель.

Ох, слушай… Не знаю, как тебе сказать. Конечно, грустно. Комики же склонны к рефлексии, к какому-то синдрому самозванца. Поэтому я тебе и говорю, что стараюсь не смотреть на то, что уже сделал. Это не помогает. Я, может, и не помню своих шуток, но я помню объём проектов, которые я сделал. Помню людей, которых я видел. И, конечно, то, что я пришёл на пустую нишу, наверное, давало мне преимущество по времени. Но при этом то, что не получилось эту нишу занять, настроение не поднимает.

Отчасти с такими мыслями связано моё разочарование в телевидении. Я 90-го года рождения и я рос на телевизоре. Я из эпохи, когда люди, если появлялись в эфире, попадали на волшебный Олимп и уже оттуда не исчезали. Наверное, я подсознательно чего-то такого ждал, потому что я прям хотел работать с теликом.

И да, я делал проекты для телевидения. В том числе как креативный продюсер. Но это занимает весь ум и сердце. Знаешь, есть такое клише: «И вот он проснулся известным». Все слышали эти истории. Но никто не говорит о другом. Когда ты всё делаешь на каком-то проекте, чтобы проснуться известным, это отнимает кучу сил и времени. И ты очень сильно рвёшь жопу, чтобы в итоге проснуться известным. Но не просыпаешься.

А потом, поскольку это твоя работа, ты делаешь ещё один проект. И снова не просыпаешься. Это больно, но таких людей много. Наверное, мы о них не говорим, потому что это грустно. В этом есть какая-то лудомания. Попасть в центр внимания – это как выиграть в лотерею.

В один момент я с ужасом обнаружил, что все мои проекты находятся в разных местах. Нет даже какой-то страницы, чтобы составить обо мне общее мнение. Кто-то на улице меня узнаёт по третьему сезону «Камеди Баттла», а кто-то по «Вечернему шоу» и перебивкам на канале Paramount. И они все в разных местах. Их невозможно найти даже по запросу в ютубе. Отчасти поэтому я стал делать «Царьвидео». Чтобы собрать всё в одном месте. Я понял, что я плохой игрок.

Что ты имеешь в виду?

Знаешь вот эти рейтинги самых беспроигрышных актёров Голливуда. И там оказывается, что у Дэниэла Дэй-Льюиса все проекты успешные. А у кого-то успешна только какая-то часть. Но это же вообще не связано с талантом. Да, Дэй-Льюис, возможно, лучше выбирает проекты, внимательнее читает сценарии. Но всегда есть компонент удачи. И я понял, что я не хочу этим заниматься.

Я достаточно профессионален и прикладываю достаточно много сил. Если бы я с самого начала это вкладывал в какое-то одно место, то, наверное, это принесло бы больше, чем когда я каждый раз кидаю кости. Поэтому я начал делать канал. Может быть, охваты не такие безумные, как были бы где-нибудь. Зато всё в одном месте. И это меня наполняет какой-то надеждой. Иногда хочется сорваться в какой-то другой проект, но я верю, что методичная работа принесёт больше.

О конфликте с фестивалем «Панчлайн», Денисе Чужом и будущем стендапа

Ты как-то говорил, что российский стендап – очень токсичная среда. Неужели это правда?

Да.

Со стороны нет такого впечатления.

Слушай, у меня есть друг – музыкальный продюсер Дима Горкин. Он занимается в том числе молодыми группами и присутствует на разных концертах, где на одной площадке выступает шесть групп за вечер, каждая из которых заставляет друзей купить билеты. Он говорит, что даже там нет такого уровня яда и токсичности, как у комиков.

Как это выглядит для меня: в публичной части русской комедии вообще нет конфликтов по сравнению с Западом. Вспомнить можно только Щербакова с Долгополовым.

Ну, это конфликтом нельзя назвать. Саша сказал, что ему не нравится Лёша, а Лёша сказал, что да и #####. Конфликт – это когда люди палки друг другу в колёса ставят.

Как это выглядит?

Я думаю, комедийные конфликты – это то, что было в США в ходе их Late Night Wars. Когда были реально войны и серьёзные претензии вечерних шоу друг к другу. Противостояние Конана О’Брайена и Джея Лено – это конфликт.

У Джея Лено было вечернее шоу, которое шло в прайм-тайм, а шоу Конана шло в пост-прайм. Когда Джей Лено ушёл с канала, его слот отдали Конану, потому что в США такая традиция: ведущий пост-прайма забирает себе прайм. Конан выходит в каком-то количестве выпусков, и аудитория, что нормально, начинает жаловаться и кричать: «Верните Джея Лено!» Это всегда происходит, когда меняют ведущего.

Conan O'Brien Reveals What He Would Do If He Ever Ran Into Jay Leno |  Entertainment Tonight

И тут Джей Лено говорит руководству канала: «Да, за большие деньги я готов вернуться». Его возвращают, а с Конаном расторгают контракт. То есть, Конан по вине Джея Лено потерял работу. А потом уже на своей площадке он целиком оттаптывается по Лено. Вот это конфликт.

Хорошо, а что такое тогда конфликт в русской комедии? Битва за комиков фестивалей «Панчлайн» и Paramount Comedy Fest, который ты организовывал?

Ну, например. Вот я думаю, что конфликты – это когда ты, вникая в детали, говоришь: «Что за #####? Почему они это делают? Я не понимаю». И тогда твой пример подходит под описание. То, что происходило на Paramount Comedy Fest – очень странная история.

Попробуем выразить одной строкой: фестиваль «Панчлайн» не давал вам использовать тех комиков, что были у них в ростере. Правильно?

Я могу рассказать не одной строкой. Был фестиваль Paramount Comedy Fest. Мы к нему искали спонсоров. И обращались буквально ко всем спонсорам, до которых можем дотянуться. В числе прочих – это компания Bell’s. Если вы были на стендапе в Москве, наверняка видели их логотип, потому что они сотрудничают с кучей комедийных мероприятий. Короче, Bell’s выделяет на это кучу денег.

Мой первый фестиваль — как прошёл Paramount Comedy Fest | ВКонтакте

У нас оказался на них выход. Мы договорились о том, что они будут участвовать в фестивале. После этого нам общие знакомые говорят, что организаторы фестиваля «Панчлайн» решили, что мы специально сотрудничаем с Bell’s, чтобы им срезали финансирование. Началась конспирология.

И нам это рассказывали не по приколу, а серьёзно: вот они на вас обиделись. А «Панчлайн» на тот момент уже проводился второй, кажется, год. Мы же делаем первый раз. В общем, мы, как только это узнаём, связываемся с ними. Кажется, мы звонили Ксюше Севастьяновой.

Это жена комика Алексея Квашонкина?

Да. Тогда по-моему ещё не была, но да. Она – главный организатор фестиваля «Панчлайн». Мы звоним туда и говорим: «Давайте, если у вас есть какие-то сомнения, обменяемся информацией о том, какие мы данные предоставляем Bell’s. Чтобы мы вместе, как один цех, что-то обсудили». На что нам говорят: «Мы ничего не будем с вами обсуждать». Назвали нас предателями, нехорошими людьми и так далее.

И потом, буквально в течение суток, у нас срезаются несколько человек, заявленных на фестиваль. Саша Долгополов, Вася Медведев, Серёжа Орлов. Какая-то часть комиков нам вдруг говорит: «Ребят, я не смогу». И ничего не объясняют. А до фестиваля меньше месяца остаётся.

Один добрый человек нам рассказал, что была встреча в «Стендап-клубе», где всем сказали, что мы хотим уничтожить «Панчлайн», клуб и ещё раз Хиросиму взорвать. Натуральная конспирологическая встреча, где им сказали: «Если вы не враги рода человеческого, если вы не хотите всем нам смерти, то срочно уйдите с этого фестиваля». И прямым текстом нам никто об этом не сказал. Просто уходят люди, которые уже стояли хэдлайнерами мероприятия и на которых уже кто-то собирался идти.

И как вы выкручивались?

Представь, мы несколько месяцев готовили фестиваль, а тут за пару недель до начала он оказался под угрозой срыва. Но окей, эта ситуация зависает в воздухе – мы с ней ничего сделать не можем. Переписываем афиши, делаем анонсы, что кого-то мы лишились. Неприятно, но с этим можно как-то жить. А дальше ещё смешнее.

Ещё на фестивале «Инди-комики», который тоже я организовывал, у нас был американский комик Сэмми Обейд. Мы практиковали формат, где звоним по видеосвязи западным комикам. Это было до пандемии, и это было круто. В зале сидят комики и фанаты комедии, а мы устраиваем дистанционную сессию.

Что-то вроде лекции?

Ну да. Возможность послушать человека, который если вообще приедет, то чёрт знает когда. На «Инди-комиках» у нас был Джуда Фридлендер очень крутой, и вот был Обейд. Я пишу ему: «Сэмми, дорогой, выручай. На кого у тебя есть выходы? Может, кто-то из друзей подойдёт для такого формата».

Он мне перечисляет три имени. Всем троим я пишу предложения. Один не отвечает, один отказывается, а один говорит: «Круто! Я очень рад буду поучаствовать в вашем фестивале. И так совпало, что этим летом я как раз приезжаю в Россию! Можно же будет промоутировать моё выступление у вас на фестивале?»

И я такой: «###, это же его привозят на «Панчлайн», наверное». Этим человеком был Эндрю Шульц. И я в тот же момент, помня всё дерьмо, что на нас вылили ни за что, выхожу на улицу и звоню Ксюше Севастьяновой. Говорю: «Ксюша, дорогая, вы случайно не привозите Эндрю Шульца в августе?» И я слышу на том конце провода звенящую тишину. Только потом я понял, что в их конспирологическом сознании это звучало, как мегаугроза.

Боюсь представить, что дальше.

Она говорит: «Да, приезжает Эндрю Шульц. А кто вам слил?» Я говорю: «Понимаешь, так получилось случайно, что он друг моего друга. Можно, пожалуйста, мы ему позвоним?» Ты понимаешь вообще, насколько это странно? У меня перед ней нет никаких обязательств, но я всё равно звоню.

Andrew Schulz ?HEZI on Twitter: "We went to Russia Did some Putin Jokes  Got our tour guide fired Did Drunk Parkour Dropping In Russia up now  INDULGE! https://t.co/Q87ST97JTp… https://t.co/0zK9kMwun0"
Эндрю Шульц в России

А ты не думал в тот момент, что для неё это прозвучит странно?

В тот момент я поел говна, потому что у меня висел фестиваль за пару недель до старта. Просто я о чём тебе и говорил в начале: я всегда за минимизацию ущерба. У меня так в семье работает, везде. Всегда можно всё обсудить. Поэтому меня в шок вгоняет, когда люди не могут договориться и начинают вести себя эмоционально.

Да, можно расстроиться и выйти на эмоцию в жизни. Но в бизнесе, когда это касается деловых вещей, я вообще этого не понимаю. А у меня в тот момент был риск, что если вдруг я не проверю, имеет ли Шульц отношение к «Панчлайну», то может что-то произойти. И я понимал, что ребята вели себя эмоционально, агрессивно и я не знаю, на какие меры они готовы пойти. И не хочу проверять. Поэтому лучше позвонить.

Жест доброй воли. Я просто узнаю, будет ли у них этот человек и говорю: «Друзья, можно я с ним проведу видеоконференцию, где мы анонсируем, что он приезжает к вам?» И мне Ксюша говорит что-то вроде: «Нет. Вообще не трогай Шульца. Он ко мне приезжает, я ему плачу большие деньги». И всё.

Они предъявили эксклюзивные права?

В том-то и дело, что их не было. Даже если был контракт на выступление в Москве, там не было никаких эксклюзивных прав на всё остальное.

И Шульца вы не получили?

Нет, но мы нашли комиков не хуже. У нас был Марсель Люконт – это классный комик, который выступает в образе француза. И был Нил Бреннан, это бывший соавтор Дэйва Шапелла. Но сама ситуация – это и есть конфликт. Когда иррациональные убеждения мешают работать, когда люди не идут на диалог, хотя у них совершенно нормально спрашивают.

С тобой связан ещё один странный момент. У вас были разногласия с комиком Денисом Чужим. Кажется, из-за какой-то афиши?

Мне кажется, это история о том, как люди могут не понять друг друга в тексте. Я год назад начал активно пользоваться твиттером, и как раз тогда Денис выложил свою афишу. Дело в том, что я на афише «Божественной комедии» сижу в позе лотоса в таком круге. И Денис у себя тоже сидит так же: в круге, в позе лотоса. Поверхностный образ, ничего такого.

Божественная Комедия Кирилла Сиэтлова by Кирилл Сиэтлов on Amazon Music -  Amazon.com

И я просто написал dirty talk твит о том, что Денис Чужой украл мою афишу. И это смертельно обидело Дениса и всех его поклонников. Вот и всё. Но мне кажется, что у нас не так много было афиш, чтобы можно было повторяться. Можно и что-то новое придумать. А так, ну, совпало. Так бывает.

А они мне начали доказывать, что она вообще не так выглядит. Хотя он сидит в позе лотоса и там одинаковая композиция. Но это раздутая история. Никаких мегапретензий, ставящих под сомнение карьеру Дениса, у меня нет.

Вы обсуждали это потом?

Да нет, мы не переписываемся.

Но ты рекламировал его, когда приходил на «Серебряный дождь» с Владимиром Маркони.

А, да. Это было ещё до ситуации. Тогда Денис был одним из хэдлайнеров Paramount Comedy Fest и записывал свой концерт у нас на площадке. Конечно, я его продвигал. Но если мы будем с ним когда-нибудь ещё делать, то я с удовольствием снова его буду продвигать.

То есть, никаких обид?

Очень на это надеюсь, потому что у нас была вот эта странная перепалка в твиттере. Не знаю, как к этому относится Денис. Может быть, он действительно обиделся. Просто у меня с тех пор не было необходимости с ним общаться. Но я с большой нежностью наблюдал, как Денис в своё время начинал. Я бы не хотел, чтобы он принимал это близко к сердцу.

Когда ты начинал, ещё был на хорошем счету «Камеди Клаб». Сейчас многие воспринимают их, как что-то стыдное. Ты не боишься некрасиво постареть в юморе?

Это какие-то проблемы белых людей. Когда у тебя всё есть, ты ездишь с концертами, у тебя шесть концертов в день и твоими счетами распоряжаются инвестиционные фонды. Вот тогда ты можешь сказать: «Ой, а вдруг я плохо постарею?»

Петросян Евгений | Mosconcert

Посмотри на людей, которые некрасиво стареют. По-моему, у них всё хорошо. Вообще, кто это – Саша Ревва? Я был на шоу, где был его новый клип. На него сразу накинулись, начали смешивать его с говном. А я бы мечтал снимать ####### клипы на песни, которые будут играть в маршрутках. По-моему это круто. Или вот я на Петросяна подписан в инстаграме: тоже не думаю, что у него есть проблемы.

Когда мы говорим о некрасивом старении, то скорее имеют в виду, что эти люди перестают цеплять новую аудиторию. Актуальность терять не хотелось бы, да. Но мне её не хочется терять из голодной позиции. Я до сих пор не набрал такую зрительскую базу, чтобы ещё и терять актуальность. У меня сейчас две задачи: сто тысяч подписчиков и три года существования канала.

От тебя следует ждать чего-то интересного в ближайшее время?

Да, я готовлю к выпуску новый концерт. Осенью 2019 года я понял, что «Царьвидео» уже достаточно большой канал, чтобы выкладывать свой стендап. До этого мне было некуда его нести. Не было площадки. Потому что «Божественная комедия» собрала тридцать тысяч просмотров за много лет – это приятно, но очень мало. Я начал писать новый концерт, а в октябре записал его в Санкт-Петербурге.

В моменте было ощущение, что это то, что нужно. Я проорал всю программу в людей, они смеялись. Была какая-то эйфория. Но потом, когда файл лежал передо мной на экране, я испугался его открывать. Боялся, что будет не так, как я запомнил. И только в этом году я его открыл, посмотрел и понял, что я тупица. Нужно было выкладывать ещё тогда. Сейчас мы сделаем последние правки, и он выйдет.

Сейчас довольно много стендапа. Как думаешь, он не надоест людям?

Я понимаю, о чём ты говоришь. Раньше была эстрада – потом она надоела, пришёл КВН. Потом он надоел – появился «Камеди Клаб». Приезжает новая вагонетка тегов, молодые люди её разбирают, а старые теги выбрасывают. Благодаря этому стендап стал массовым явлением.

Если говорить уже, то популярным в России стендап сделал телепроект. Но как явление, стендап намного шире. Этот телепроект или этот тренд – всё то, что сейчас происходит – стали воротами, через которые в нашу культуру пришла такая возможность высказываться, как стендап-выступления.

Теперь это просто часть культуры?

Не только. Помимо культуры, пришла инфраструктура. В США, Англии или Австралии в каждом маленьком селе есть какой-то небольшой паб, где раз в неделю проходит открытый микрофон. Кто угодно приходит и говорит. А у нас такого не было на уровне больших городов. Понимаешь, это ничем не заменить. Эта ниша была пустой.

Даже в «Камеди», который вроде бы близко, обязательным атрибутом была роскошь. Для стендапа не нужно вообще ничего, даже микрофон не нужен. И я не думаю, что теперь эта ниша уйдёт. Даже если у нас будет война с тараканами-киборгами, будут подпольные выступления перед сопротивлением. Потому что это дёшево и просто.

Недавно я читал интервью чувака, который начал организовывать стендап на зоне. В ситуации максимально ограниченных ресурсов он всё равно живёт. Возможно, нас после вот этого взрыва ждёт период упадка, но глобально стендап никуда не денется. КВН может пропасть, а стендап – нет.

Главное
Шамиль Газибегов
12 Июн '21
1 862 
Xiaomi Poco X3 Pro доступен по исторически низкой цене. Он идеален за свои деньги
Есть только один нюанс.
Шамиль Газибегов
11 Июн '21
3 260 
Эти смарт-часы Honor рухнули в цене. Берем аксессуар со скидкой в 10 тысяч рублей
Скидка дня.
Шамиль Газибегов
11 Июн '21
2 879 
Xiaomi Redmi AirDots вновь подешевели. Это классические беспроводные наушники за тысячу рублей
Что ж, пора брать.
Андрей Ставицкий
11 Июн '21
3 358 
Самые дешевые наушники с шумоподавлением уже в продаже. Покупаем Xiaomi Redmi AirDots 3 Pro со скидкой
Премьера на AliExpress.
Шамиль Газибегов
11 Июн '21
2 758 
Xiaomi Mi Band 6 отдают меньше чем за 3 тысячи рублей. Это лучшее предложение в России
У вас осталось мало времени.
Андрей Ставицкий
10 Июн '21
8 711 
Официальный Xiaomi Redmi Note 10 Pro стоит сущие копейки. Нужно запомнить промокод и шустро заказать
Божественная акция.
Комментарии