Формат явно не изжил себя, но перемены сгонят его в могилу.

К седьмому сезону «Голоса» шоураннеры зачем-то добавили слово «Перезагрузка». В красные кресла Первый канал вернул Басту и усадил троих совершенно новых для формата людей (Шнурова, Меладзе-старшего и Ани Лорак), потому что нужно спасать формат: прошлый сезон показал худшие рейтинги за все время и завершился победой ноунейма, о котором забыли через секунду после финала.

Но после трех выпусков обновленного шоу стало понятно, что дело не только в коучах. Седьмой сезон тоже слаб.  


У тренеров нет сочетаемости друг с другом

В 2015-м продюсер Юрий Аксюта говорил, что учитывает потенциальную химию наставников перед окончательным решением. Но уже тогда он посадил в крутящиеся кресла молчуна Лепса, стесняшку Басту и ведомую Гагарину, из чего вышел самый понурый сезон из всех. Если вы думаете, что Юрий понял ошибку, то через год он снова свел Лепса с Гагариной и разбавил их Биланом и Агутиным – половинчатое решение, из которого ничего не вышло.

Пара примеров: в Британии фронтмена Kaiser Chiefs и Палому Фейт посадили на соседние места, потому что они еще до национальной славы работали в одном баре. В Штатах только за дружбу с Фарреллом вписали в жюри слабую вокалистку Гвен Стефани, чтобы они внутренними шутками раскрашивали эпизоды.

Совсем не факт, что о дружбе Басты и Шнурова команда Аксюты не узнала в первый съемочный день. Из-за этого седьмой сезон получается пламенным, но несинергичным – рэпер с рокером хулигански сражаются даже за проходных вокалистов и топчут Лорак с Меладзе. Их перформансы отпугивают аудиторию, которая приходила на рассуждения Агутина и Градского о музыке – теперь этого нет, и в соцсетях «Голоса» логично стонут, что шоу скатилось.

Тренеры не говорят о музыке

Вася со Шнуром запускают перепалки в стиле западных версий – это правильно, так и должно быть. Только там, где Келли Кларксон и Дженнифер Хадсон говорят о музыке, сравнивают участников с Boyz II Men и «Мотауном», русские звезды сводят аргументы к веселью и продюсированию.

В «Голосе-7» почти исчезли объяснения наставников, почему они повернулись или нет (точечно и тонко есть только у Меладзе). И это потому, что в песнях Басты и «Ленинграда» на первом месте всегда были слова, а Лорак лишь вокалистка, даже не автор. Знаний всем троим отчаянно не хватает.

Да, формат понемногу теряет рейтинги во всех странах – в шоу, где главной эмоцией остается удивление, уже сложно придумать что-то кардинально новое. Единственное, на что можно повлиять на уровне продакшна – бодрые коучи, из-за которых обсуждения смотреть интереснее, чем на участников.

Проблема русского «Голоса» – в продюсерах

Тяжело найти своего Адама Левина – трехкратного обладателя «Грэмми» и коммерчески успешного музыканта с потрясающей реакцией и чувством юмора. Но превращать шоу, которое еще недавно с любовью обсуждала аудитория «Эха Москвы», в откровенный цирк тоже нельзя. С мощным потенциалом, раскрученным брендом и отсутствием конкурентов «Голос» точно останется в топах Mediascope минимум на три года.

Рецепт прост: нужно глубже шерстить рынок, разговаривать с наставниками в перерывах между съемками (постоянное затыкание Каролины Бастой и Шнуром решается одним втыком от Аксюты), не бояться молодых артистов в жюри и точно понимать, кто говорит о музыке, а кто разливается банальными эпитетами вроде «У вас красивый тембр».

Проект «Голос» несет в себе и образовательную функцию, ведь люди полюбили его в том числе за новые и ранее не звучавшие на ТВ песни.

Поэтому не нужно превращать шоу в конкурс заезженных каверов. Легко проверить: в седьмом сезоне фанковую версию «Как жаль» группы «Браво» посмотрели примерно столько же людей, сколько восьмиминутный баттл Шнурова и Басты за техничную цыганку. Но для поддержания образа отличного от мейнстрима шоу «Голосу» важнее, если в нем будет больше фанка, а не больше баттлов.

Шоу «Голос» – караоке федерального масштаба. Его уже не спасет даже Шнуров

Твиттер Данила Тармасинова о телевидении и спорте


Главное по теме «Голос»
Раскрыть комментарии
Рекомендации