Популярный тезис «русское кино – говно» – полностью вина культурной политики.

В прошлое воскресенье Владимир Путин подписал закон о прокатных удостоверениях для кинофестивалей. Фактически, это убийство культуры артхаусного кино в стране. Вступив в силу в начале ноября, закон убьёт все ретроспективы, показы в галереях, театрах и парках, а также такие фестивали, как «Beat Film» и «Амфест».

Идиотские условия (длительность в 10 дней, жюри и награждение) никак не могут соблюдать ни ретроспективные показы фильмов культовых режиссёров, ни частные короткие фестивали. А покупка прав на показ любого классического фильма – дорого и сложно, сам Минкульт в итоге свихнётся от количества запросов и отправленных в фонд копий. Насколько это глупый и вредный закон можно подробно узнать тут и тут. А компания «Иноекино» доходчиво объяснила, как и почему она погибнет вместе с другими энтузиастами.

Честно признаюсь, для меня это личная история и реально сильный удар под дых. Ретроспективы в «Авроре» и «Родине», а также другие кинопоказы классического и культового кино – не просто мой главный досуг, а неотъемлемая составляющая жизни. Когда у тебя отнимают самое любимое – это всегда больно. Но ещё больнее – посыл, с которым это делается. Закон, который приняли очень быстро и под шумок (всего за пару недель, так, что никто из компаний даже инсайды не слышал) – важное заявление со стороны государства. Оно обозначило, что намерено контролировать весь прокат самостоятельно и вообще управлять культурной жизнью страны, как ему заблагорассудится.

Это последняя капля. Кино в России убивают давно и последовательно. Ниже – главные причины, почему русский кинематограф чаще фигурирует в шутках, чем в мировой культурной повестке.

Влияние государства

Финансовая поддержка от министерства культуры составляет более 50% от совокупного бюджета всех русских фильмов за год. Разумеется, при таком спонсировании у киноделов появляются некие обязательства. Я уже объяснял, почему в последнее время так много военных/спортивных драм и как кино обслуживает идеологию. Государство превращает художественные произведения в агитки.

В последние годы Мединский с коллегами упиваются властью и творят настоящий произвол. Они вмешиваются не только в производство и продвижение выгодных государству русских фильмов, но и влезают в прокат. Не раз обсуждалась реформа о сокращении количества голливудской продукции или создание налога на их прокат – это просто убило бы кинобизнес в стране.

Минкульт не стал вредить себе, но несколько дел всё же наворотил. Сначала Мединский фактически личным решением запретил прокат «Любви» Гаспара Ноэ, а затем Минкульт потребовал подвинуть премьеру невинного «Паддингтона 2» за сутки до показа – медвежонок, видите ли, мешал «Движению вверх» собрать очередной лям.

Каждый год происходит скандал похожего толка. Государство занимается откровенным самоуправством в сфере, где это невозможно. Культуру не загнать в рамки. Но министерство ставит возрастные рейтинги от балды, навязывает свои представления о прокате и топит за патриотизм, даже если отечественный продукт вреднее и хуже зарубежного. Столь токсичная атмосфера является главной проблемой русского кино, из которого следуют все ниже обозначенные.

Работа Фонда кино

В 2013 году Фонд чётко обозначил условия – 40% от суммы, выделяемой на фильм, кинопроизводитель обязан вернуть. Но позже выяснилось, что в среднем возвращают около 2%. А многие компании откровенно финансируются на безвозвратной основе. Чем это заканчивается – читайте в предыдущем пункте.

Мало того, что работа Фонда абсолютно неэффективна с точки зрения бизнеса, так еще и в организации царит полный сумбур. Есть очевидный ряд фаворитов (компании-лидеры, именитые режиссёры и продюсеры), которых финансируют даже без содержательной презентации проекта – кумовство в чистом виде. А то, как будущие фильмы представляют жюри – это отдельная и совершенно сюрреалистическая история. Вот здесь – наглядная иллюстрация:

Осознавая риски, режиссёры всё чаще отказываются от господдержки. Тот же Звягинцев принципиально снимал «Нелюбовь» за частные деньги. Многие независимые крупные авторы давно поступают так же. Режиссёр «Как Витька Чеснок вёз Лёху Штыря в дом инвалидов» Александр Хант осознанно запустил краундфандинговую кампанию по сбору средств на новый фильм. Затем его примеру последовал и Алексей Красовский, снявший раннее драму «Коллектор». Талантливые молодые режиссёры остерегаются работы с государством, боясь потерять независимость. Но выживать в таких условиях возможно лишь с помощью частных спонсоров и донатов.

Фонд кино устроил в российском кинематографе ровно такую же ситуацию, как и в спорте – без поддержки государства оставаться на плаву практически нереально.

Цензура

Скандал с запретом на прокат «Смерти Сталина» был всего полгода назад. Но и помимо него наберётся более десятка фильмов, на которые по непонятной причине вводилась цензура. От достаточно радикальных, как «Клип», до совсем безобидных, вроде «Мандаринов». Минкульт находит дурацкие причины, чтобы запрещать даже рядовые комедии типа «Интервью» и «Бората». Что это, как ни самая настоящая цензура?

Есть и другой формат цензурирования, который тоже портит художественное произведение – закон о мате. Он уничтожил важный элемент повествования в «Левиафане» и сделал непонятными некоторые диалоги из «Лета», слегка подпортив впечатление от отличного фильма. Чем везде размахивать столь топорными мерами, гораздо логичнее было бы грамотно выстроить систему возрастных рейтингов.

Проблема образования

«В кино – как и везде: главный бич современного поколения – высокомотивированные низкоквалифицированные сотрудники. Все хотят работать, ставят перед собой цели, но как это делать, никто не знает и учиться не хочет. И в результате у нас то кино, которое есть», – рассказывает о кинематографическом образовании молодой режиссёр Иван Шахназаров.

С режиссёрами в последние годы ситуация выправилась – критики уже говорят о новой волне в русском кино. Но даже сейчас радикально ничего не изменилось – с развалом СССР постепенно обрушилось и образование. Сменилось поколение учителей во ВГИКе и СПбГУКиТе – на смену опытным практикующим кинематографистам пришли гораздо более слабые кадры. До финансирования кинообразования в 90-е тоже никому не было дела, поэтому новых школ практически не открывалось, а старые буксовали.

Показательно, что громкие новые имена нулевых – Звягинцев, Бекмамбетов, Серебренников – самоучки. Многие попадали в кино благодаря счастливому случаю, осваивая профессию на практике. Знаковые русские авторы – это история про вопреки.

Но национальный кинематограф не строится на исключениях. Качественное кино рождается из бесконечного творческого процесса, а его нет до сих пор. В 2016 году в прокат вышло 136 русских фильмов, тогда как в США и Британии ежегодно производится более 700. И это в 2015-м ещё был сильный скачок – с 82 фильмов в год до 123. Да, большая часть из американских семи сотен – шлак. Но именно за счёт его культивации рождается стабильная машина кинопроизводства, которая вырабатывает десятки успешных фильмов за год.

У нас же о налаженном производстве нет речи, потому что нехватка профессиональных кадров ощущается до сих пор. Кино снимают не только режиссёры – важна работа каждого участника группы. В России же даже талантливых сценаристов – по пальцам пересчитать.

В последние пару лет случился бум киношкол – сегодня их только в Москве около двадцати. Возможно, ситуация изменится, но пока проблема образования стоит остро и напрямую влияет на качество русского кино. Вина государства тут тоже велика – оно финансирует конечный продукт, который делают бездарности, вместо того, чтобы вкладываться в образования. Ровно та же ошибка, что и с русским футболом. Только кино ещё могут спасти частные школы.

Удушение просветительских мероприятий

Сейчас государство окончательно убило фестивали, оригинальные показы и ретроспективы. Но оно никогда их и не поддерживало. Компании прокатчиков и скромные артхаусные фесты проводились практически исключительно на частные деньги. Исключение – Московский кинофестиваль и ещё пара государственных, которым новый закон только облегчит жизнь. Но вспомните хоть один мощный фильм, который был открыт на ММКФ в последние лет пять.

«Иноекино», «Артпоказ» и другие компании почти не получают прибыли за то великое дело, которым они занимаются. Но зато благодаря невероятным усилиям они за 3-4 года вернули в Россию моду на артхаусное кино. Каждая ретроспектива сейчас сопровождается аншлагом. Только за лето в Москве, Петербурге, Екатеринбурге и Новосибирске прошло с десяток мероприятий. Ребята осуществляют мечту очень многих людей, показывая фильмы Бергмана, Тарковского, Кубрика и других титанов на большом экране.

Частные фестивали тоже стали определяющими в этой революции. У молодых режиссёров и документалистов появилось больше шансов заявить о себе, благодаря «Beat Film Festival», «Стрелке», «Зеркалу», «Атодокфесту» и многим другим. Мода на артхаус у зрителей начала возвращаться даже в провинции.

Важность просвещения через кино понимали, кажется, все деятели культуры – отсюда показы в «Третьяковке», «Гараже» и других музеях. Но государству все эти энтузиасты чем-то не угодили. Возможно, тем, что их невозможно контролировать. Крутят они, значит, гомосексульные фильмы Долана и антирелигиозные полотна от классиков – не гоже!

Минкульт не стремится просвещать, он хочет только отуплять. Свободомыслие – главный враг политической машины. Любые способы его культивации проще рубить на корню.

Плохой зритель

В конце концов, качество современного русского кино – это и вина зрителей. Те, кто понимают важность кинематографа, не бьются за него до последнего. А большинству аудитории кинотеатров на это просто плевать.

Зритель и не хочет образовываться. Я часто критикую BadComedian’а (в том числе, и за участие в отуплении аудитории), но в одном с ним спорить точно не стану – говно у нас будут снимать, пока на него ходят. Сортирные комедии, тупорылый плагиат и извращённые ремейки классики выпускают только потому, что зритель готов за это платить.

В России напрочь отсутствует культура просмотра кино. Зритель элементарно не понимает даже не что, а как смотреть. Подавляющее большинство воспринимает кинотеатр как развлечение и покупают билет наобум. Многие даже не осознают в каких кинотеатрах и на каких фильмах лучше не жрать поп-корн. Почти никто не ходит на режиссёра или актёров – достаточно громкого названия и яркой афиши.

Русский зритель ленив. Наверное, только в нашей стране настолько сильно распространена культура «экранок». Вместо того, чтобы потратить 300 рублей на билет или подождать выхода в сети, многие «киноманы» скачивают блокбастер в вырвиглазном качестве прямо в день премьеры. А потом жалуются, что им «Война Бесконечности» как-то не очень. Люди элементарно не понимают, что фильмы на Imax-камеры снимают для соответствующих кинотеатров и смотреть их лучше там. С плёнкой режиссёры тоже заморачиваются не по собственной прихоти. Не существует кино формата «а, ну это можно и дома посмотреть», любая картина создана именно для кинотеатра.

Это проблема как общего образования, так и самообразования. Начать разбираться в кино сегодня как никогда просто – всё, от статей и книг до самих фильмов, находится в открытом доступе. Мешают только лень и глупость. Но работе Минкульта эти качества в зрителе только помогают.

***

Говоря о кино, как о важнейшем виде искусства, Ленин имел в виду его роль в качестве инструмента пропаганды. Сейчас русский кинематограф хотят сделать именно таким оружием – военно-патриотическое кино удерживает лидерство в качестве главного жанра.

Полный контроль над прокатом поможет сделать кинематограф таким же сильным рупором, как и телевидение. Там государству помешали дерзкие свободные журналисты. В кинематографе же его не устроило авторское кино. Если государству сегодня мешают даже такие мелочи, как ретроспективы и фестивали, то мы совершенно точно вернулись в совок.

Подписывайтесь на Telegram-канал «Палача» – там круче, чем на сайте

Подписывайтесь на группу «Палача» во «ВКонтакте» – там нет рекламы.