Каждый год в день фестиваля «Боль» идёт дождь. Организаторы, работающие на страдающих от тяжёлых экзистенциальных проблем школьников, будто бы и погодку заказывают в тему.

По крайней мере, по всем другим ключевым вопросам они полностью оправдывают название.

На самом первом фесте я не был, но наслышан, что гениальная идея сделать все площадки под открытым небом провалилась после первой капли дождя. Конечно, не болота «Нашествия», но тоже приятного мало.

Это я уже говорю после двух последующих фестов, где грязь перемещалась в душные помещения. В сочетании с ужасным звуком, постоянными сбоями в расписании, отсутствием посадочных мест (многие тупо садились на асфальт), обсаженными подростками и неадекватными ценами на любую еду и напитки – это оставляет неизгладимое впечатление. Каждый год я зарекаюсь не возвращаться, но эти черти опять привезли выдающийся лайн-ап!

В этом главный парадокс «Боли» – каждая секунда там омерзительна до момента, пока на сцену не выйдет кто-то из топовых исполнителей. В этом году орги договорились не только с самыми актуальными русскими музыкантами от «Интуриста» до Монеточки, но и привезли шикарные зарубежные группы: Soviet Soviet, Soft Moon и Slaves. Типа «ну на это точно придёте, а там мы вам уже и на голову можем насрать – даже не заметите»

А они и не заметят, ведь основная аудитория «Боли» – это винишко-тян с их модными спутниками из параллельных классов. Ну как модными – это такая мода, будто их всех штампует в Sims 12-летняя девочка с неуёмной фантазией. С этими временными татуировками на лице и разноцветными олимпийками они настолько не такие как все, что одинаковые. Все такие пост-пост, все такие мета-мета.

Я по вполне понятной причине прошляпил почти весь первый день и половину выступлений, из-за которых вообще ехал на фест. Но, как позже выяснилось, их даже из присутствующих мало кто застал. Вот так, например, выглядел коридор из людей, которые просто не влезли на выступление IC3PEAK. Это называется – после долгих лет выдающейся немейнстримной музыки выпустить альбом на русском.

Плевать, что в зале невозможно вместить всех желающих, а те, кто вместился, задыхаются и купаются в собственном поту – зато у наших помещений клевые названия. С самого начала не понимал логику: Кант, Гегель, Фуко, Сартр, Гоббс – да, всё это попсовые имена из философии для сегодняшней молодёжи, но что ещё их объединяет?

Может, есть какая-то концепция? Ага, конечно. Просто дать людям почувствовать себя умными – одна из главных маркетинговых уловок. Ведь у каждого должно быть право воскликнуть «Да, Кант – крутой мужик, он там чо-то про звёздное небо затирал, вроде» или «О, Фуко! Это же тот лысый чувак, к которому всё время х*** пририсовывают!» Но при вопросе «Какая в этом помещении сцена?» тебе всё равно отвечают: «Ну, эта, красненькая, короче»

Территория клуба «Вольта» – такое себе удовольствие, но она хотя бы как-то была приспособлена под концерты. В этом году разбогатевший фест переехал в Культурный центр ЗИЛ. Концептуально. И бесчеловечно.

Сейчас объясню. Есть всего одна сцена на улице. Я пришёл поздним вечером – мест с нормальным обзором уже не осталось. Но там хотя бы можно было где-то встать. Когда я наконец нашёл сцену Гегель и порадовался, что всё же застану кусок выступлений лучший лайвовой группы страны Shortparis, всё оказалось не так просто. Там была очередь. На улице. Под конец выступления. Чтобы тупо войти в здание. Не в зал. В здание!

Охранники объяснили это ограниченной вместимостью. Как выяснилось позже, у всех сцен в помещении была такая проблема. Когда я всё же попал в зал, оказалось, что туда без проблем влезло бы ещё человек 50. Но по факту пускать туда нельзя ни одного. Потому что вместо ровного пола там ступеньки. Да, я серьёзно. На сцене, куда заявлены самые мясные группы феста, невозможно не то, что слэмиться, а даже нормально танцевать. Чем рисковать, проще сразу сломать себе шею самостоятельно.

Поэтому картина была удручающей. Shortparis устроили очередное театральное представление: солист сначала мрачно танцевал, стоя к спиной к залу, а затем пустился в какую-то шаманскую пляску, подолгу прожигая взглядом каждого отдельно зрителя. Это было безумно круто и драйвово, но толпа в ответ только медленно покачивала головами – иначе поддержать артистов в тесном ступенчатом зале невозможно. Часть зрителей вообще сидела в креслах. Это походило на те сцены из «Лета», где высмеиваются стерильные концерты советских рокеров.

Запах совка пронзал всё, но это вовсе не тот модный совок буераков с интуристами. Это совок самый натуральный. Готов поспорить, что 30 лет назад здесь же под сдержанные аплодисменты награждали какую-нибудь ударницу труда Галину Палну. А сегодня здесь ударники Shortparis после бешеных партий выбрасывают палочки и уходят в закулисье.

Там же выступала и одна самых необычных из мировых пост-панк групп – The Soft Moon. Пока они выдавали чистейший лайв с грандиозным шоу и постоянным обменом инструментами, семеро отчаянных молодых людей спотыкались в неуверенном слэме. На фоне медленно переминающегося с ноги на ногу двухметрового юноши это выглядело совсем комично. Чёрт, на концерте Soft Moon должно быть совсем не так, ведь ноги просятся устроить ещё более жёсткое мясо, чем пару дней назад. Ну ладно, в этом зале хотя бы плафоны не падали.

Людей было мало даже на такой статусной группе. Всё потому, что параллельно в другом зале выступала Монеточка. Там совсем другая картина – примерно в пять раз больше людей (не преувеличиваю), дичайшая духота, отвратительный звук и сотни поющих школьников с волосами всех цветов палитры фотошопа. Лиза пускает шарики, радуясь, что на песне «Каждый раз» зал полностью заглушает её. А потом шутливо ругается, прерывая трек на старте: «Что-то вы плохо танцуете?! Давайте заново!»

Разглядеть, что там происходит на сцене, нереально даже высоким мужикам, маленькие школьницы же тотально грустят, периодически подпрыгивая в пропахшем потом зале. Одна из таких подходит ко мне: «Ты сегодня один?» – «Да, а что?» – «Можешь посадить меня на плечи? Мне ничего тут не видно»

Да, публика фестиваля «Боль» примерно такая. Не выдержав в этой бане дольше пары треков и вспомнив, что я тут ради Soft Moon, свалил обратно. Оказалось, что пропустил самый показательный момент первого дня феста:

Плачущий хэдлайнер фестиваля – это вышка. И тот факт, что хэдлайнером вдруг стала Монеточка – тоже дичь. При всём уважении к Лизе (которая, на мой взгляд, пока что остаётся автором главного русского альбома года) – она далеко не ровня всем иностранным группам, многие из которых зачем-то раскидали в максимально неудобное время. Да на выступлении Soft Moon было ударных инструментов больше, чем у неё талантливых рифм во всём альбоме. Аудитория проигнорила главную группу фестиваля ради Монеточки – это примерно всё, что нужно знать о современной России.

И вдогоночку ещё об аудитории. Модные школьники и студенты в пёстрой одежде решительно не знают в лицо топовых музыкантов. Поставим за скобки даже постоянные вопросы в духе «а кто тут щас выступать будет?» Я был в полном шоке, когда в прошлом году по территории спокойно разгуливал Гнойный, а никто даже не оборачивался. В этом же году меня добила следующая картина: у гардероба спокойно себе сидит Влад Паршин – один из лучших современных русских музыкантов – и всем решительно наплевать, ведь там очереди на Монеточку и трендовая электронщина, про которую забудут завтра же.

Кстати, «гардероб» – чисто формальное обозначение. Организаторы решили, что в дождливый день он не пригодится, поэтому разместили там прилавки с мерчом. В пекле тесных залов люди стояли в дождевиках, а некоторые тупо кидали сумки и рюкзаки на пол – слэма ведь всё равно ни что не предвещает. Явный просчёт со стороны организаторов, ведь в прошлые годы они неплохо наваривали на рюкзаках и сумочках, обязывая их сдавать в гардероб за соточку.

Серьёзные проблемы были и с расписанием. Не очень понятна логика деления на сцены, если в одном помещении друг за другом играли максимально разные исполнители: как по жанру, так и по популярности. Во многом этим и объяснялись проблемы с вместимостью и духотой.

Ставить топовые коллективы в самое начало феста – тоже полный бред. Главная дичь – Soviet Soviet (одни из главных иностранных звёзд фестиваля), которые играли в первый день в 15:45. При этом во второй день была масса сомнительных коллективов. Аргумент про понедельник не работает, так как он тоже выходной. Зачем пихать самый сок в стартовый день – решительно непонятно.

***

Если 10 числа всё началось с дождя, то 11 – с неожиданной жары. При этом практически все посетители были в кофтах или куртках, которые затем обвязывались вокруг пояса. Сцена Фуко сразу же превратилась в пытку. Там стало ещё жарче, чем было, а в сочетании с ещё более высокими ступеньками, чем на Гегеле, танцпол превратился в лекторий, где все тупо сидели и слушали музыку.

До 18:00 людей было безумно мало. Какое-то оживление произошло, когда на Гегеля вышла легендарная группа из 80-ых «Альянс». На старичков и скромной одежде поначалу было грустно смотреть – наверняка они уже не те, а солист сейчас точно не возьмёт ноты, что легко брал раньше. Но в итоге они отыграли в точности как в лучшие годы. Правда, под сквозную тишину заполненного зала. Причём большая часть зрителей – это школьники, которые всё время просили: «Давай «На заре»!» Главхит сыграли в самом конце под бешеный восторг публики.

Совпали время, группа и градус. Настолько, что кто-то из школьников без опаски сел на полностью заблёванное кресло. Возможно, это был тот же парень, которого 10 минут назад неистово тошнило в туалете – не знаю. Пьянка была в самом разгаре.

Наверное, поэтому на часовом выступлении великой русской группы Motorama поначалу тот же самый зал не был заполнен даже наполовину. Ребята в традиционной сдержанной манере идеально отыграли фактически полноценный концерт, идеально вписавшись в атмосферу начала лета. Но должное внимание они получили лишь ближе к концу – на танцполе наконец-то стало тесно и даже начался вполне мощный слэм на ступеньках. Причина резкого прилива в зал пьяных школьников выяснилась позже – на улице в это время был дождь.

Организаторы повышали градус вместе со зрителями, оставив на вечер самые сумасшедшие группы. Безусловно, лучшим выступление второго дня внезапно стал перфоманс от британским глэм-рокеров HDTML. Сумасшедшая мини-версия Дэвида Боуи и Ко устроили дикую пьянку с танцами: солист носился по сцене, раздевался, бросал в зал цветы и обнимался с фанатами. А к финалу выступления он спросил что-то типа: «У вас в России вообще знают, что такое мош?» Толпа тут же образовала круг и начала мяситься, забыв про ступеньки. Цирковая постановка от HDTML пленила даже техничек-гастарбайетрш – они снимали всё на телефоны и откровенно отрывались у входной двери балкона.

А школьники о существовании этой двери будто бы и не знали. Один парень, устроив эпилептический танец на кресле в последнем ряду, потом вдруг вскочил и прыгая с кресло на кресло добрался до главного входа, скатился вниз по боковинке и убежал. Публика будто этого и не заметила – на «Боли» творится и не такая дичь.

Наверняка чувак спешил на Хаски, куда хлынули едва ли не все зрителя второго дня феста. Рэпер тоже устроил мощное шоу. На сцену под дикие визги вышел его бэнд в форме ОМОНа и масках, за ними уже после вступления трека в луке офицера спецподразделении появился сам Хаски. Охранники и милиция с недоумением оборачивалась, а публика пищала в диком восторге. Едва ли не половину каждой из песен кричал зал, заглушая артиста.

В принципе, на этом можно было и закончить, но пьяная толпа всё не уставала. Наверное, поэтому у каждой сцены, как в фильме «Лето», образовался отряд из охранников, наивно полагая, что может обеспечить безопасность. Но никто беспределить и не спешил. На Slaves было ожидаемо горячо и первый нормальный слэм, потому что на улице нет пола из ступенек.

«Кобыла и трупоглазые жабы…» устроили не меньший трэш, только в масштабах зала, который по размерам не больше стандартной однокомнатной квартиры. Войти туда было нереально – огромная толпа сходила с ума под намеренно ужасный вокал, раздающийся за спины юношей и девушек, образующих буквами-принтами на футболках слово «Ленин».

В других залах уже царило постпохмельное состояние: на Kaelan Mikla почти все просто сидели и страдали под дарковое музло, а на Citizen Boy вяло танцевало 15 человек – обидно за чувака, который ради этого ехал аж из Африки.

Настроение усталости от всего этого дерьма лучше всего передал неожиданного разговорившийся Евгений Алёхин из «Ночных грузчиков». Почти после каждого трека он бубнил что-то злобное и откровенно издевался над зрителями. Отбивая пять одному из них он сказал: «Ну что, бородач, за твоё е***ее бородатое здоровье!»

Он был абсолютно трезв, но регулярно сбивался в треках – при традиционно ужасном лайве выступление выглядело совсем уж невыносимо. «Я там забыл несколько строчек, но вам же по***, вы и пердежу моему будете аплодировать, мы же последние, кто тут выступает», – продолжал рэпер троллить толпу. После очередного трека он совсем разошёлся – с возгласом «Это мой друг!» Алёхин обнял партнёра по группе, показал всему залу фак и засмеялся: «Идите на***, п***ки!»

После такого шоу стало понятно, что пора валить домой.

Пробираясь через вонь, слякоть, кучки мусора и еле стоящих на ногах школьников, я твёрдо решил – всё, больше на «Боль» ни ногой. Примерно то же самое я говорю себе каждый год.


Подписывайтесь на Telegram-канал «Палача» – там круче, чем на сайте

Подписывайтесь на группу «Палача» во «ВКонтакте» – там нет рекламы.