Кристина Потупчик – секс-символ русского Telegram: на ее канале публикуются рецензии на книги, которые перебиваются фотографиями самой Кристины. «Палач» поговорил с Потупчик о ЖЖ, цензуре и рекламных бюджетах.

– Кристина, у вас фантастически популярный ЖЖ. В чем был резон заводить Telegram-канал? Вы много на нем заработали?

– Я на этом ничего не зарабатываю, а Telegram-канал завела, чтобы разделить политику и все остальное. Хотелось писать о прочитанных книгах, и было бы странно делать это, скажем, в блоге на «Эхе Москвы». Поэтому, чтобы не смешивать, завела канал и не жалею. Например, часто сталкиваюсь с тем, что многие читатели канала вообще не слышали мою фамилию в контексте общественной деятельности или политики. Ну, и слава богу.

– А вы согласны, что ЖЖ умирает?

– Не умирает, а давно умер. В ЖЖ остались только Носик и Варламов (еще Артемий Лебедев – прим. «Палача»). Для Варламова, насколько я понимаю, это дополнительный заработок, как и для многих других популярных авторов ЖЖ, которым платформа доплачивает, чтобы сохранять аудиторию. Ну, а Носик активно переходит в фейсбук и тот же Telegram.

%d1%81%d0%bd%d0%b8%d0%bc%d0%be%d0%ba-%d1%8d%d0%ba%d1%80%d0%b0%d0%bd%d0%b0-2016-10-14-%d0%b2-13-06-04

– Во время пика ЖЖ я учился в школе, но слышал, что рекламные записи там стоили сотни тысяч рублей. Сколько вы зарабатывали за один пост?

Один известный фотограф получал, по моим данным, за некоторые свои посты по полмиллиона рублей. Ну^ а мне однажды предложили рекламировать какой-то мясной ресторан. Тогда я попросила прислать мне квитанцию перечисления 200 000 рублей на счет фонда помощи животным. Больше они мне не писали.

– В Википедии написано, что в 2013 году вы учили резидентов «Единой России» эффективно работать с твиттером и фейсбуком. Когда вы вели эти лекции, у вас было ощущение, что люди понимают, о чем идет речь?

Партия – огромная организация. Кто-то из ее членов оказался невосприимчив к новым технологиям в силу возраста или еще каких-то причин, но кто-то в эту избирательную кампанию смог выстроить коммуникации с избирателями в том числе и в интернете, активно работал в социальных сетях и это дало им ощутимый результат. Надо понимать, что интернет – это инструмент, а не панацея. По крайней мере, в современной российской политике.

– Если говорить о твиттере, вам не кажется, что он медленно загибается? Людям там просто неинтересно.

– Мне кажется, твиттер не то, что бы загибается, он просто достиг плато, исчерпал запас роста. Многие могут воспринимать его как достаточно однообразную соцсеть – в конце концов, это всего 140 знаков и фото, либо ссылка. Это же выступает и как заградительный фактор – людям трудно формулировать свою мысль достаточно коротко. Современные соцсети поощряют графоманию и самолюбование. А в твиттере особо нечего делать, если ты не умеешь быть лаконичным и одновременно интересным – редкое по нынешним временам умение.

%d1%81%d0%bd%d0%b8%d0%bc%d0%be%d0%ba-%d1%8d%d0%ba%d1%80%d0%b0%d0%bd%d0%b0-2016-10-14-%d0%b2-13-05-21

– Насколько я знаю, вы входите в общественную палату и сопротивляетесь превращению рунета в ограниченное пространство, которое будет со всех сторон мониториться спецслужбами. Как вы считаете, ФСБ действительно будет расшифровывать сообщения в мессенджерах и искать там слова типа «бомба», «заговор» и так далее? По-моему, это какая-то средневековая дичь.

– То, о чем вы говорите, давно устарело. Американцы, например, уже осознали, что это не работает: легко можно заменить слово «бомба» на «торт», и все. Гораздо важнее анализ метаданных – кто кому звонит, из какого места. За этим будущее. И это, увы, не средневековье, а настоящее и будущее. Мне, как пользователю, это, конечно, не нравится, но это уже сейчас часть нашего цифрового мира.

Например, Google автоматически читает мою почту и следит за историей поиска, чтобы понять, что я могла бы купить. А потом показывает таргетированную рекламу. То же самое делает Facebook. Так что наши спецслужбы – далеко не первые, кто заинтересовался поведением людей в интернете. Вспомнить хотя бы информацию, обнародованную Сноуденом.

– Есть ли вероятность, что в России все же закроют Telegram?

– Не исключаю такого, но уверена, что от этого будет больше вреда, чем пользы. Впрочем, Дуров сейчас активно закрывает террористические каналы, так что пока от него отстали. Плюс надо понимать, что, может, и удобно считать главными цензорами интернета ФСБ или Роскомнадзор, но тот же фейсбук, например, уже сейчас ведет совершенно неадекватную контент-политику. Фейсбук может забанить за все что угодно, включая слово «хохлы», например. Роскомнадзор по сравнению с этим – образец свободомыслия, к сожалению.

3

– Как вы считаете, что произойдет с Рунетом в ближайшие три года?

– В связи с экономическим кризисом, о котором все говорят, интернет – это площадка, которая поможет обществу организоваться, чтобы обеспечить свое выживание. Поиск работы, продажа своих товаров – все это будет переходить в интернет, все больше людей будет им пользоваться для выживания. Рунет будет инструментом установления горизонтальных связей между потребителем и поставщиком товаров и услуг. Это убьет посредников, которые делают деньги из воздуха–как, например, делали таксопарки.

Ну, и в связи с тем же кризисом, несмотря на все усилия правообладателей, объем пиратства будет только расти. Тем, кому это не нравится, стоит понять, что бороться с пиратством практически бесполезно – гораздо лучше уже сейчас учиться находить новые способы монетизировать контент.

– Ваша помощница, Анастасия Федоренчик, рассказывала, что вы помогаете блогерам. В чем заключается помощь?

– Как и всегда, выступаю посредником между теми, у кого есть деньги, и теми, у кого есть популярность или уникальный контент. Причем не стоит думать, что заказчиками выступают только политики. Ко мне часто обращаются друзья из коммерческого пиара, из бизнеса. Все понимают, что нельзя не использовать такой значимый и востребованный аудиторией ресурс.

1

– Какая у вас сейчас любимая соцсеть/мессенджер? А где сидеть не хочется, но надо?

– Я сижу сразу в нескольких соцсетях, потому что у каждой – свои преимущества. В твиттере весело, в фейсбуке – эффективно, в телеграме – полезно. А там, где не хочется, я просто не сижу. И даже на существующие платформы уходит очень много времени.

– Последний вопрос – про деньги. Девушке-пиарщице из легендарного текста не хватает 3500 евро в месяц. Какой суммы для комфортной жизни достаточно вам?

– Смотря, что считать комфортной жизнью. В 2006 году я и на 5 тысяч рублей весьма комфортно жила. Мне и сейчас не очень много надо – только на книги, еду, одежду, на корм собакам. Да и экономить я давно научилась.

2

Три любимые книги Кристины Потупчик

Норберт Элиас, «Придворное общество»

eqhiouqeo1g

Артур Кестлер, «Слепящая тьма»

0_344d9e_dafa9c_orig

Александр Эткинд, «Кривое горе»

324


Подписывайтесь на Telegram-канал «Палача» – там круче, чем на сайте

Подписывайтесь на группу «Палача» во «ВКонтакте» – там нет рекламы.