На дворе конец шестидесятых, американские зрители балдели от нашествия цветного кинематографа. Родившийся в 1939 году Питер Богданович (сын балканских иммигрантов и отчаянный киноман) бредил «Новой волной» — экспериментальным и дерзким направлением французского кино, славу которому сковали новички, журналисты и бывшие кинокритики. Совсем скоро его работы тоже получили и национальное признание, и место в пантеоне классики кинематографа.

На Богдановича работала его биография. Судьба предоставила Питеру отличную возможность набраться опыта: в юности он занимался актерским мастерством со Стеллой Адлер, ученицей Станиславского, наставницей Марлона Брандо и Бенисио Дель Торо.

Молодой и самоуверенный, он спокойно обманывал педагога о своем совершеннолетии. Затем пробовался в театре, получал небольшие телевизионные роли. К началу 60-х, высокий и эрудированный юноша с выразительным взглядом устроился на работу в легендарный MoMA — Нью-Йоркский музей современного искусства. Так Богданович стал программатором фильмов.

В его распоряжении оказалась практически неограниченная медиатека. По словам постановщика, тогда он уплетал по 400 фильмов за год. На каждую ленту, просмотренную с 1952 по 1970 год, у него была рецензия в картотеке. Методичность и дотошность помогали в работе: он успешно прокатывал в музее американскую классику, работы Орсона Уэллса, Джона Форда и Говарда Хоукса, а параллельно изучал их творческое наследие.

Особенно его впечатлил «Гражданин Кейн» — Питер отчаянно хотел обогнать Уэллса и сделать полнометражку такого же масштаба до 25-летия, но у судьбы были другие планы. Десятилетия спустя Богданович выступил монтажером последнего фильма, снятого Уэллсом. Пленка много лет пролежала в парижском сейфе из-за правовых разногласий, и лишь в 2018 году выйдет в прокат.

К концу 60-х Питер запустил когти в журналистику. Начал с публикации статей об известных кинематографистах, а позже работал над их монографиями. Интеллигентный балканец был максимально прагматичен и позже признавался — написание книг позволило завести знакомства с кумирами.

Наконец, жизнь подвела Богдановича совсем близко к миру кинематографа. Он оказался одной ногой в Голливуде — Богданович стал писать сценарии для Esquire. Его скрипты оказались хороши, а желание стать режиссером становилось маниакальным. На одном из показов 29-летний журналист случайно завел разговор с постановщиком Роджером Корманом, согласился стать его помощником и начал снимать.

С этого момента историю можно промотать через его дебютные работы, прямиком до 1971 года. Как упоминалось ранее, американцы балдели от цветной пленки. Богданович же выпустил двухчасовое черно-белое полотно под названием «Последний киносеанс» о провинциальном техасском городке Анарин. Разорвал прокат, в 20 раз отбил затраты на производство, получил две премии «Оскар» и мировое признание.

«Последний киносеанс» — экранизация одноименного романа Ларри Макмёртри (адаптировал сценарий «Горбатой горы»). Богдановича сразу привлекло название. Оно звучало так, как он представлял собственный фильм мечты. Сейчас у тайтла тоже сохранилось обманчивое обаяние. Мне казалось, что в кадре, как минимум, будут романтические автомобильные кинотеатры под отрытым небом, перед которыми выстроятся пухлые лакированные носы дорогих «кадиллаков».

Ничего подобного. Лента о начале 50-х и американском захолустье, в котором проигрыш школьной футбольной команды — главное спортивное событие и повод для разговоров. Если для американцев такой сеттинг — просто диковинный репортаж в провинциальную историю, то российскому зрителю он наверняка вышибет мозги.

Городок, в центре которого пара продуваемых ветром улиц и убитые здания, имеет магнетический эффект. Действующие лица поначалу впечатляют меньше: двое подростков, здоровяк Дуэйн Джексон (невероятно молодой Джефф Бриджес) и скромный мечтатель Сонни Кроуфорд (Тимоти Боттомс). Вместе они катаются на арендованном пикапе и обхаживают девиц.

Сонни неохотно плетется за ворчливой толстухой Шарлин, а Дуэйн отчаянно ухаживает за местной красоткой Джейси Фэрроу. Как и полагается в таком возрасте, любовь сопровождается неловкостями — парни пытаются поскорее переспать с девчонками, вечно ищут деньги, мотаются по городу. Богданович выжал из этой простой, знакомой повестки, максимум.

Подростковое взросление он экспонировал на фоне безрадостной атмосферы. В Анарине нет перспектив — все толковые родители хотят побыстрее вытолкнуть детей из этой дыры, да и сами тинейджеры не в восторге от происходящего. Местные развлечения вряд ли обгонят даже ассортимент типичного ДК: дешевая забегаловка, маленький кинотеатр, бильярдная. Этими местами заведует Сэм Лев, воспитывающий умственно отсталого сына и наставляющий главных героев советами.

Фильм легко маневрирует между разными эмоциями: жалостью, незамысловатым юмором, злостью. Но сохраняет меланхолическую атмосферу, отстраненно показывая развитие событий — сексуальные откровения молодежи, рывок Дуэйна за лучшей жизнью и романы Сонни.

Жизнь всех героев постепенно обросла чередой грустных условностей: друзья порвали друг с другом, девушки стали изменять, город потрясли неожиданные смерти. В этом нет ничего нереального или натянутого. Такие судьбы встречаются и сейчас. Америка начала 50-х, стоящая на пороге Корейской войны, снятая в черно-белой расцветке и городе, который за полстолетия не изменился (серьезно, посмотрите или прочитайте), – эта страна оказалась очень близкой и трогательной.

В этом захолустье владелица кинотеатра закрыла скромное заведение, говоря, что молодежи сейчас интересно телевидение. Это и есть «Последний киносеанс»: картина про вечно неправильное, наполненное роковыми ошибками взросление, про тягучую боль провинциальной жизни. Можно навесить ей много эпитетов — и все они будут заслуженными.

Отдельно стоит упомянуть саундтрек — Богданович перерыл гору архивных пластинок и музыкальных чартов, чтобы составить нужное звуковое сопровождение, ведь в 50-м ему было всего 11 лет. Режиссер справился на отлично, хотя и от других комплиментов фильму сложно удержаться. Он тягучий, эстетичный и очень проницательный.

Вместо нагнетания больших проблем лента заглянула на простую территорию.

Ту, где мы постоянно оступаемся: любовь, призвание. отношения и поиск себя.

Смотрите и не бойтесь старого кино.