Юлия Арская из Macov.net специально для «Палача» рассказывает, как в России относились к айфонам 8 лет назад.

Когда я была тинейджером, все сверстники стремились показать свой статус с помощью модных шмоток, взрослых вредных привычек и крутых гаджетов. Сначала пейджеры, потом простые кирпичики с полифонией, еще позже — смартфоны от Nokia и КПК от Asus.

Если ты приходил в школу с новым телефоном, то в обсуждении девайса участвовал весь класс. Никого не волновали технические характеристики и разрешение экрана, главное, чтобы стоил больше двух тысяч. Иначе ты мог прослыть нищебродом. Те, у кого были Nokia 3310 или простой Alcatel, стыдливо прятали их подальше в карманы.

Nokia N92

Nokia N92

Когда я поступила на первый курс гимназии, мало что изменилось. Одногруппники по-прежнему обсуждали смартфоны и интересовались их ценой. Я была королевой вместе с Nokia N92. Больше всего мне нравились солидный внешний вид и стоимость, которой можно было понтануться перед друзьями. На месте родителей я бы задумалась о целесообразности покупки смартфона за 45000 рублей, но им нравилось меня баловать.

iPhone 2G

iPhone 2G

Когда папа вернулся из США и подарил первый iPhone, я визжала от восторга. Радовало, что такого нет ни у кого из друзей. То, что этот телефон изменит весь мобильный рынок и потопит любимую на тот момент Nokia, меня мало волновало. Дорогой, красивый, приятный и необычный.

На следующий день я прогуляла пары и отнесла аппарат в лавочку, которая занималась их разлочкой. В маленькой комнатке толпились человек 10, ожидая своей очереди. Они рассказывали друг другу об очередях на старте продаж, жадных перекупщиках и прочих банальностях, с которыми можно столкнуться после выхода новой модели. Один мужик сказал, что отдал за него 130000 рублей. Во Владивостоке на эти деньги можно жить месяцев 5. Когда мой айфон перестал быть кирпичом, я сразу написала одногруппнице, что успею на последнюю пару. Мне не терпелось похвастаться подарком всей группе, а может даже и потоку.

Ребята оценили девайс, но особого восторга от начинки никто не испытывал. Всех беспокоило, как можно жить без кнопок, и почему в камере так мало мегапикселей. Тем не менее, каждый день кто-нибудь подходил и просил дать его посмотреть.

Девочкам айфон понравился, но они особо не вникали в характеристики. Айфон оценивался по двум критериям: внешний вид и цена.

Нравилось, что получались фотографии хорошего качества несмотря на два мегапикселя. Можно было поставить на юзерпик в агент mail.ru, да и правилом хорошего тона было наличие нескольких фотоальбомов “ВКонтакте” с фотографиями “я в Таиланде 2008”. Я обожала фотографировать на айфон. Вычитала в Афише слово “мобилография” и всем рассказывала, что занимаюсь ей. На деле я просто фотографировала себя и все вокруг. Никакой эстетики и смысла в фотографиях не было.

Бесило отсутствие видеосъемки. По факту она была мне не нужна, но изредка снимать стрелки очень хотелось.

Прошла неделя, обсуждения немного утихли. Во время перемены я оставила айфон в аудитории и пошла обедать, что было большой ошибкой. Вернувшись, я не обнаружила смартфона на столе. У меня до этого никогда не воровали ценные вещи, а тут хулиганы позарились на мою прелесть! Я охуела и долго плакала. Казалось, что на ушах стояла вся гимназия, включая завуча и директора. Классный руководитель вызывала каждого на короткую беседу. Я не знаю, что она пыталась донести до соучеников, но своего добилась точно: на следующий день меня оставили после уроков и вернули телефон. Кто позарился на айфон, умалчивалось. У меня не было предположений: в гимназии учились молодые люди, которые мало в чем нуждались. Я со всеми дружила и ни с кем не ссорилась.

Пока все девочки украшали стразиками и наряжали в чехлы-зайчики свои девайсы, я оберегала смартфон от каких-либо аксессуаров. Мне казалось преступлением хоть как-то изменить внешний вид устройства и нарушить тактильные ощущения. Папа злился, ведь руки у меня росли из задницы. Сначала поломался дисплей. Я уронила айфон на асфальт и на экране осталась трещина. Рыдала я дольше и неистовее, чем после кражи. Со словами “Я же говорил!” отец отнес его в ремонт, отдал за него половину стоимости гаджета и потом еще неделю со мной не разговаривал. Механических поломок больше не было, но однажды айфон сбросился до заводских настроек. Снова пришлось прогуливать пары и тайком нести его прошивать. Папа ни о чем не узнал.

Прошло еще полгода, а айфона ни у кого из моих друзей и одногруппников так и не появилось. Мне очень хотелось делиться впечатлением от знакомства с iOS (если это можно было так назвать) с единомышленниками, так я начала осваивать сообщества яблочников в ЖЖ, форумы и другие ресурсы. Это были отдельные обсуждения в форуме на vl.ru, deepapple.com и http://ru-mac.livejournal.com. Эти коммьюнити казались мне очень крутыми, поэтому хотелось как можно скорее отнести себя туда же. Но наличие айфона и отцовского макбука не делало меня продвинутым юзером. Пару раз обосравшись на мелочах (не помню, в чем заключались), я с позором удалила свои аккаунты.

Потом интерес к айфону угас вообще. Я начала воспринимать его как должное, как неотъемлемую часть жизни. Когда вышел 3G, первый айфон отдали папиному коллеге и его дальнейшая судьба мне неизвестна. Помню, что в первый же день наушники сгрыз кот.

В iPhone 3G больше всего нравился App Store, но я не убивала время в поисках интересных приложений. Близился ЕГЭ и было не до этого.

Сейчас я пользуюсь голубым 5C и Explay с тремя сим-картами. Я жалею, что слишком похуистично относилась к технике и использовала возможности смартфонов процентов на 50.

Я не собираюсь обновляться до iPhone 6 и покупать Apple Watch, потому что не вижу смысла. Чем больше хайпа вокруг девайса, тем меньше вероятность моей покупки. Когда под кожу будут вживлять микрочипы, я построю в тайге землянку и откажусь от благ технического прогресса.